- Я сам могу, - всю дорогу от кухни до зала ворчал Марк Антоний.
- Да, Ваша Светлость, - каждый раз отвечал Василий, но и не думал отпускать строптивого пациента.
Когда ее дворецкий и жених вышли из комнаты, Злата тихонько спросила у брата:
- Как думаешь, сколько у нас еще есть времени?
- Ну… - задумался Борис. – Если он продолжит нападать с такой же скоростью, то где-то месяц. От силы – полтора. Как у тебя дела со светочем?
- Кхм, - Злата отвела глаза и покраснела. – Я работаю на этим.
- Поторопись.
- Да знаю я…
Борис допил кофе и отставил чашку, а потом с деланным безразличием достал из кармана маленькую, не больше мыльницы размером, шкатулку с красным маком на ее крышке, открыл ее и насыпал туда почти половину подноса печенья. Злата хмыкнула. Наверное, только она да еще несколько самых доверенных котов знали, что принц еще больший сладкоежка, чем его младшая сестра.
- И почему бабуля оставила ее тебе? – вздохнула Злата. – Я тоже такую хочу.
- Не прибедняйся, - сказал Борис. – Тебе она тоже много занятных штуковин оставила.
- Знаю-знаю.
- Ладно, Злата, я пойду. – Принц хотел было встать, но сестра схватила его за руку, и он остался на месте. – Что такое?
- Я тут не так давно на одного из наших наткнулась…
И она подробно рассказала о своей встрече черным котом в сквере. Не забыла упомянуть и о его разодранном ухе. Больше она ничего о нем вспомнить не могла.
- Откуда тут мог взяться кот из Срединного королевства? Королевская семья же знает обо всех, кого отправляют в мир людей! – Заметив, что брат сильно помрачнел, Злата спросила: – Ты что-то знаешь? Нет, я вижу, что ты точно что-то знаешь! Говори!
Однако Борис медлил с ответом, и принцесса начинала закипать.
- Что. Ты. От. Меня. Скрываешь?!
- Злата… Я и сам об этом только недавно узнал. Это было еще до моего рождения, ну и до твоего соответственно. Подробностей я не знаю, нашел в архивах только обрывки. Не знаю, чем уж наши родители насолили некоторым аристократам, но их хотели свергнуть. Была попытка переворота. Неудачная. Всех бунтовщиков казнили, а их семьи отправили в мир людей. Возвращаться в Срединное королевство им нельзя. Никогда.
- Их семьи?! – Злата никак не могла поверить в то, что только что услышала. Она всегда считала, что их родители – самые мирные и пушистые коты во всем Срединном королевстве. Казни? Да быть такого не может! Последнего кота казнили лет пятьсот назад! Это если верить истории…
- Да, семьи. Причем даже самых дальних родственников. Это чтобы ни у кого даже мысли не возникло мстить.
Какое-то время Злата сидела неподвижно, полностью погрузившись в свои мысли. Борис тоже молчал – он прекрасно понимал через что сейчас проходит его сестра. Он ведь и сам пережил то же самое. И все же вскоре пришлось нарушить тишину, потому что новое видение посетило Бориса. Нужно было торопиться! У него мелькнула было мысль взять сестру с собой, но передумал. Во-первых, она была не в том состоянии. А во-вторых, видение было слишком нечетким.
- Злата, я пойду! Провожать не нужно.
И он умчался, даже не став дожидаться, чтобы дворецкий открыл ему дверь. Он даже сам оделся! Впрочем, Василий и не смог бы сейчас ничем помочь. Даже если бы очень захотел: именно в это время он обрабатывал рану своего пациента, и Марк Антоний пытался вырваться – пришлось на него усесться.
Злата же заметила уход брата только через полчаса, когда к ней заглянул Василий и поинтересовался, не сварить ли ей кофе.
Глава 13
Пока Борис Царапкин мчался к очередной предполагаемой жертве пришлого, на другом конце города в свою маленькую квартирку в хрущевке заходил Сергей Чернышевский.
- Сереженька, это ты? – из единственной комнаты донесся слабый дребезжащий голос.
- Да, бабуль, это я.
- А… Хорошо. Я там пирожков напекла. С капусткой. Поешь…
- Хорошо, бабуль!
Повесив куртку в старый шкаф в крошечной прихожей, он прошел на кухню. Голубая краска во многих местах облупилась, и у Сергея давно чесались лапы, чтобы сделать здесь ремонт, пусть и простенький, но все же. Однако бабушка только от одной мысли об этом начинала плакать – она боялась любых перемен. И Сергей прекрасно ее понимал. К тому же, он не выносил ее слез.
- Сереженька, как пирожки? Вкусные?
- Очень вкусные, бабуль!
Больше вопросов из комнаты не последовало, и Сергей понял, что бабушка уснула. Спала она очень тихо, хотя в ее девяносто три ей положено было храпеть. Она вообще очень много времени проводила в царстве Морфея, лишь изредка возвращаясь в реальность.