Побег удался, и Злата выдохнула. Теперь ее ничто не остановит перед встречей с Марией Шереметьевой!
- Злата!
Меньше всего принцесса ожидала увидеть ее возле собственного подъезда.
- Машка!
Светоч переминалась с ноги на ногу возле скамейки и смущенно улыбалась. Недолго думая, принцесса подскочила к однокласснице и заключила ее в объятия.
- Машка, ты куда пропала!
- И-извини… - Бедная девушка не знала, что ей делать. Обнять настоящую принцессу в ответ она не смела. – Просто…
- Ладно! – Злата выпустила Машу из объятий, но все еще держала ее за плечи и глядела ей в глаза. – Мы идем пить кофе!
- Н-но… - В карманах у светоча было совершенно пусто.
- Я угощаю!
- Н-н…
А Злата уже тащила свою жертву прочь от подъезда, по дороге умудряясь одной рукой набирать сообщение для дворецкого:
«Вась, я в кофейне «300 зерен» со светочем. Не волнуйся, скоро буду. Не прирежь там пока рыжую морду».
Ответ пришел только через пять минуть:
«Принцесса! Так нельзя! Возвращайся домой!»
«Вась, не нуди. Скоро буду».
«Если через полчаса не вернешься, я за тобой приду!» - И еще через минуту добавил: - «И приведу Его Светлость!»
«Зануда!»
В кофейне было немноголюдно, и бариста откровенно скучала. Неудивительно, что она очень обрадовалась новым посетительницам. Злата заказала два клубничных пирожных, себе – свой любимый эспрессо, а Маше – ореховый капучино. Возле входа на большую вешалку девушки повесили свои пуховики и огляделись. Столик они заняли самый удаленный, и, когда принесли угощение, принцесса приступила к расспросам:
- Маш, ты где так долго пропадала?
Графиня скосила глаза на бариста и понизила голос:
- Почти все время дома.
- Можешь нормально говорить, - улыбнулась Злата и дотронулась до кулона у себя на шее. Ярко-синий сапфир в форме капли выделялся на белом свитере принцессы. – Нас с тобой сейчас вообще никто не слышит и не замечает. Это мне бабушка в наследство оставила!
Вопреки ожиданиям Златы Мария не стала ничего спрашивать о кулоне, а просто кивнула. В словах принцессы она тоже не сомневалась и заговорила своим обычным голосом:
- Прости, Злата, тебя бабушка видела в окно.
- И что с того? – Принцесса пододвинула пирожное ближе и принялась изучать его со всех сторон, выбирая откуда начать.
- Злата… Извини, но ты ей не понравилась.
- И что с того?
- Ну… Она запретила мне с тобой общаться.
- Вот еще! – фыркнула принцесса и маленькой вилочкой отломала кусочек пирожного – там, где было больше крема. – Мы же в школу вместе ходим.
- Это не все. – Мария опустила глаза и начала теребить свою вилку в руках. – Она нашла мои рисунки.
Злата наклонила голову на бок и выжидающе уставилась на одноклассницу.
- Понимаешь, она боится, что я стану как мама…
И, запинаясь, Мария рассказала свою историю. И за весь рассказ принцесса ни разу ее не перебила.
В семье Георгия Анатольевича и Элеоноры Федоровны Шереметьевых родилась очень талантливая девочка, которую назвали в честь прабабушки – Аглаей. С раннего детства она превосходно рисовала, и ей прочили блестящее будущее. Так бы оно и случилось, если бы в четырнадцать лет Аглая не связалась с непризнанным гением-скульптором Вадиком, фамилию которого никто уже и не помнил. Но как только он узнал, что его избранница беременна – сбежал. В своих несчастьях Аглая винила только Машу и стала частенько выпивать. Дочку она бросила и теперь все время меняла собутыльников-сожителей. Из-за вечно трясущихся рук рисовать она больше не могла.
- Дедушка умер, когда мне было шесть лет, - продолжила Маша. – Бабушка тогда совсем строгой стала. Дома она мне рисовать вообще не разрешала, поэтому рисунки мне пришлось прятать. Когда она их нашла… Злата, ты бы ее видела! Я думала, у нее будет сердечный приступ! Так что она заперла меня дома, а всем сказала, что у меня грипп.
Принцесса медленно кивнула и спросила:
- А куда вы с ней недавно в срочном порядке уезжали?
- А ты откуда знаешь?
- Есть информаторы! – ухмыльнулась Злата и с сожалением покосилась на свою пустую тарелку. Идти же за второй порцией она сейчас не могла: если прекратить действие кулона, то повторно его можно будет использовать только через сутки, а она еще не все выяснила.
- Хочешь мое? – Мария пододвинула к Злате свое пирожное.