– Куда они делись? – спрашиваю охрипшим от страха голосом.
– Я не знаю, их нигде нет. Только записка осталась. Девчонки сбежали, – сказал отец.
– Как… как сбежали? Куда?
Мне протянули записку вместо ответа.
«Родные мои, простите меня за этот поступок, но я не хочу никем рисковать. Папуль, я подслушала ваш разговор на собрании. Мне стыдно за это, но я хотела знать, что происходит. Поверьте, я все делаю правильно. Вы и малыши – самое ценное, что есть в моей жизни. Терять хоть кого-то я не хочу. Мы уедем туда, где нас никто не найдет. И вы… не ищите, доверьтесь мне.
Впервые в жизни я точно знаю, что мой поступок самый верный из всех предложенных вариантов. Лучше поскорее найдите этого человека, чтобы я смогла вернуться домой. Полина позаботится обо мне, не беспокойтесь.
Мамуль, ты единственная, кто сможет поставить их разгневанные мозги на место. Пожалуйста, не дай им наломать дров. Разве я когда-то вам врала? Нет. Не выполняла свои обещания? Тоже нет. И сейчас верьте в меня. Это придаст сил пережить тяжелые времена.
Олег, на твои плечи снова ложится ноша баламута. Хоть ты не впадай в унынье, иначе дело труба. И всегда держи телефон рядом. Я буду держать связь именно с тобой. Твое кодированное чудо техники при мне. Надеюсь, оно так надежно, как ты и говорил.
Антон, к моему возвращению сделай малышам манеж. Такой, какой сумеешь только ты. Отвлекайся на это.
Максим, не наломай дров, очень прошу. А если не знаешь, как совладать с собой, иди на наше место и просто представь, что мы там снова вместе.
Я люблю вас, мои хорошие. Я очень хочу вернуться скорее, но не спешите в расследовании. Иначе я еще дольше не вернусь. До встречи. Надеюсь, что скорой.»
Стало на все плевать. Вместо сердца появилась пустота. Та, ради которой я жил, вдруг исчезла. Пусть не моя пара, но она была моим сокровищем. А теперь? Теперь она спряталась ото всех, просит довериться ей. Но как? Как можно довериться, по сути, ребенку. Что она может одна? Я выбежал из дома и на ходу обернулся. Наша пещера – вот куда я хочу. Только там я смогу сейчас успокоиться.
– – – – – – – – – – – – – – – –
– Вау, Макс, как тут красиво! – она не смогла сдержать своего восхищения тайной пещерой.
Вход был закрыт лозой деревьев. Я сам наткнулся на это место совсем недавно, когда неудачно прыгнул. Хотел потренироваться в прыжках от скалы, а в итоге провалился в нее.
– Рад, что угодил. Никто кроме нас с тобой не знает про это место. И тут есть источник, – она завизжала от восторга и, схватив за руку, потащила вглубь пещеры. Как ни странно, но тут нет спертого воздуха. Откуда-то идет активный приток воздуха, при этом не создаются сквозняки. Да и вся пещера, по сути, напоминает потусторонний мир. Стены светятся, вода в источнике словно с дополнительной подсветкой. Когда в первый раз увидел, подумал: «Ну и кто тут диодов навешал?»
– Как же красиво. Это лучший подарок на день рождения, братик, – и крепко обняла меня. – Ой, у меня же нет купальника. Ай, ладно, хоть ноги окуну.
Просидев несколько минут, любуясь красотой этого места, она выдала:
– Пусть это место так и останется нашим.
Словно желание загадала. Я был с ним согласен. Это и в правду наше место.
– – – – – – – – – – – – – – – –
Аня
Первый месяц мы были все равно напряжены, а потом успокоились. Значит, нас и не найдут. Ведь мы не оставили запахов. На лицах были большие очки, чтобы нельзя было распознать. Да мы даже походки меняли на всякий случай. А транспорт? Мы катались в междугородних автобусах, в которых не было камер. Ну так, на всякий случай.
– Как же тут красиво, – говорю подруге, когда вернулись с вечерней прогулки.
Почки на деревьях уже набухают, в глубине леса пробилась травка и первоцветы, которые мы поспешили засушить. Для чего, правда, не знаю, но раз сказали: «надо», – значит надо.
Дома приятно потрескивают дрова в камине, пахнут травы. Красота. Мы сели с чашками чая, и я решилась на разговор, который откладывается уже несколько месяцев. Надеюсь, она уже готова открыться мне. Просто нет сил смотреть, как она страдает в одиночку. Я часто слышу, как она плачет ночью. Но ничего не могу поделать с этим.