– Все, дальше нельзя, – строго осекла меня молодая волчица у входа в операционную.
Спорить было бессмысленно. Двери закрылись и мне оставалось только ждать.
Глава 29
– Держи и пойдем сядем, – рядом оказался вожак Инейных волков с халатом в руке.
– Спасибо, – скомкано ответил ему и сел на диванчик рядом с дверью.
Все члены совета были здесь. Кто-то сидел, кто-то стоял. Часть ушла на поиски другой мебели, чтобы не сидеть на полу. Все молчали и думали над произошедшим, наверное. Мыслями я был в операционной, старался прислушиваться к каждому шороху. Но все тщетно. Здесь хорошая звукоизоляция. Не знаю, сколько времени прошло, кажется, что целая вечность. И вот уже все сидят.
– Я не буду оправдываться, – начал Ян. – Скажу один раз и больше повторять не буду. Ее слова, скорее всего, верны. Но лишь отчасти. То лекарство, что передано в стаи, работает. Но только то, которое передавал лично я. Я не мог доверять слепо членам стаи и поэтому занимался изготовлением лично и в своей домашней лаборатории. У меня есть подозрение, кто мог бы работать на отшельников, и сейчас он находится под стражей. Перед отлетом ему подсыпали снотворное и сейчас его держат как раз на том порошке, которым отравили Егора и Виктора. Тем, кто его охраняет, я доверяю. На совете собирался сообщить об этом.
– Никто и не думал на тебя, – сказал Мартин. – Я склонен верить всем членам совета. Среди нас нет врагов. Александр, ты можешь гарантировать, что твои волки не свернут шеи задержанным за Анну?
– Да, – и с заминкой кивнул.
Тут дверь в операционную открылась, но к нам не спешили подходить. Медсестра куда-то побежала. Вернулась через пару минут с другим врачом и пакетами крови. Она жива, в тяжелом состоянии, похоже, но сердце бьется. Самое главное. Услышь я тишину, боюсь, всем бы пришлось сдерживать меня от…
– Мы можем обсудить это позже, лично я не в том состоянии, чтобы думать, – продолжил вожак.
Все согласно кивнули и ненадолго снова воцарилась тишина. Вдалеке послышались торопливые шаги и бег. Первой мы увидели пару здешнего альфы. В глазах волчицы стояли непролитые слезы, и, увидев опущенные головы супруга и сыновей, она все же заплакала. Он начал обнимать ее, шептать, что все будет хорошо. Их малышка справится, она сильная.
Второй шла, часто перебирая ногами, Полина. В ее руках была огромная люлька. В ней явно дети. Это заставило сердце забиться быстрее. Только сейчас понял, что нуждаюсь хоть в какой-то положительной подпитке, и вот она. Девушка быстро приблизилась к нам и поставила люльку на вмиг опустевший диванчик. Мы все застыли в шоке, кроме Марии Вермутовой. Она уже все знает, ей нечему удивляться.
На нас смотрели трое малышей. ТРОЕ! Но как? Мы чувствовали лишь двоих. И почему от них не пахнет? Похоже, этим вопросом задавался не только я. Все усиленно принюхивались.
– Но как? – я смотрел то на детей, то на волчицу.
– Это чудо. А мальчишки прятали ее. Настоящие защитники, – она ласково погладила их по головкам. – Мария, не знаете, где здесь можно разогреть бутылочки? Им пора кушать.
– Сейчас найду. Ты лучше тут побудь. И зачем вы смесь сразу навели?
– Это не смесь. У Ани много молока. Она сцедила, как чувствовала, что пригодится, – на последних словах ее голос дрогнул. Ей было очень больно. – Это я виновата. Не нужно было уезжать. Надо было остаться и помочь ей, – все, волчица сорвалась. Слезы начали катиться по щекам.
– Нет, не виновата, – Антон подошёл к ней, но тут же был отброшен в сторону моим бетой.
Правильно, нечего лапы распускать. Она его, есть кому о ней побеспокоиться.
– Не смей меня трогать. Я ненавижу тебя, – она пыталась вырваться из его хватки, но все было бесполезно: он крепко прижимал ее к себе.
– Нет, пока не успокоишься. И потом – лишь на время.
Она продолжала ругаться на него, но мне было это неинтересно. Я сел на корточки перед детьми. Такие смешные и очень красивые. Я нерешительно погладил их по головкам, сжал ладошки в своих руках, получая огромное удовольствие. Мальчики были непохожи друг на друга. Здорово, никто не будет их путать. Как же вас зовут, красавцы? А малышка – она была копией своей мамы.
– Егор, их надо кормить, – мне на плечо легла рука Марии.
– Можно мне? – я кивнул на бутылочки в ее руках.
– Конечно, давай только помогу.
Она достала первого мальчика и начала передавать в руки. Вот тут мне стало по-настоящему страшно. А вдруг я их уроню? Нет, я не готов пока так рисковать.