Благо, тропинка до устроенной у ворот школы сцены была длинная, у меня было время настроиться. Меня приятно удивило, что волков и лис у сцены ещё нет. Значит, пока ещё все находятся в человеческом обличье. От пестрых нарядов режет глаза, и от тишины, что образовалась после нашего появления во дворе школы. Когда мы уже подошли к сцене, и к толпе, стоящей у её подножия, я увидела в первом ряду рыжую, поднятую вверх, прическу. Лина… в голубом платье. Моём платье… Которое ,кутюрье Марка, шил специально для меня. Она забрала моего парня и моё платье. Хотя стоит отметить, что голубой ей совсем не идёт. Марк стоит на сцене, как всегда красивый и безупречный, в тёмно-желтом костюме, сверлит меня ненавидящим взглядом. Выражение лица его тёти скрыто под пластмассовой золотой маской, явно подделкой всех подделок, она совсем не похожа на мою… То есть не мою. В смысле – настоящую. Наряд у неё вызывающий – ярко-красное пышное платье, сильно открытое для сегодняшней погоды, и возраста владелицы. Ну, да ладно, это не суть. Все присутствующие обернулись на неё. Алина уже была тут. Не знаю, почему она присутствовала на волшебном балу, ещё и по своей воле. Она подняла вверх кулачки, поддерживая меня. Я поймала взгляд Лины, она, словно нечаянно, поправила платье в разных местах одновременно, а потом спохватилась и посмотрела на Марка, потом снова на меня, наслаждаясь маленькой победой. Но это она ещё не знает, что её упивание славой будет не долгим. Ведь она радуется, что пришла сюда с наследником. Но таковыми окажемся, мы с бабушкой.
- Ох извините, юноша отказался объявлять наши имена, – бабушка посмотрела в упор на директрису.
За спиной слышались шепотки, когда мы двигались к сцене. Такие, как: “Что здесь делает эта гадалка?”, “Её никто никогда не пригласил бы!”, “ Какое неуважение! И что это ещё за наряд?”, “ А кто это с ней?”, “О, это её ученица, наверное, учится, как дурить людей.”, “ Ты что, это наша простушка, её внучка.”
-Так вот, объявлю нас сама, – мы были уже у ступеней сцены, многие шарахались от нас, образовав круг пустоты. Солнце стало светить ещё ярче, но вечер близился. Потом я подняла голову и осознала, что это два луча направлены именно на нас. Это сделала бабушка?
- Я – Луиза Роуз, – бабушка присела в реверансе, в упор смотря на Анжелику Федосеевну. Я прямо таки кожей чувствовала напряжение между ними.
После бабушка обернулась ко мне и взяла меня за руку.
- А это моя внучка – Эвелина Зайцева, – я присела в реверансе, опустив взгляд в дорожку под ногами. Не могу я выдержать столько взглядов. Особенно не хочу видеть Марка.
- Это невозможно, – директриса поддела маску и сняла её, размахивая ею в правой руке. Мы очень долго разыскивали потерянную принцессу, почему же ты, гадалка, живя под боком, не заявила о своих правах? – усмехнулась женщина. Шепотки снова вернулись.
- Не строй концерт, Анжелика, неужели тебе нужны доказательства?
Вновь воцарилась тишина. Я смотрела на уголок сцены, безуспешно пытаясь поднять взгляд на пару, стоящую на сцене. Но я спиной чувствовала волнение пришедших, они ждали развязки, а перед этим скандала. На балах принято проводить вот такие представления?
Одно я знаю точно. Теперь я не ниже всех собравшихся по статусу. Одна только бабушка выше меня, даже с директрисой можно поспорить, хотя и отец Марка с братом тоже сильны. А все остальные вампиры, оборотни и привидения, кикиморы всякие – больше не посмеют меня оскорблять и относиться как к служанке, низшей расе. В начале я ещё переживала, но потом наплевала. Но сейчас ясно вспомнила задиралки в столовой, ужас в туалете и борьбу за парту. Всё это больше никогда не повторится. Ведь я храню в себе великую силу – магию солнечного рода Роузов. А на мне – пока ещё невидимая знаменитая маска. Больше не страшась, я подняла взгляд на Марка. Он с неким огоньком в глазах рассматривал мой наряд. И правда, в созданном бабушкой луче мое бежевое платье ясно отливало золотом, словно солнечный диск, будто искры сыплются. А волосы стали сливаться с ним, превращаясь в лучи. Мне не нужно видеть своё отражение сейчас - без этого я уверена на все сто процентов – я прекрасна. Марк даже слюнки пускает. Но когда он поднял взгляд от моей груди до лица, понял, что я тоже давно разглядывала его, его восхитительный взгляд cменялся хищными сузившимися глазами, оскалам волка, хотя, если я не ошибаюсь, кто-кто, он то не оборотень. Но я смотрю на него с вызовом, не отводя глаз, как бы сейчас больно сердцу не было. Я… не… сдамся! На мне теперь лежит ответственность за весь род. Я разворачиваюсь, слишком резко, чем нужно, от этого первый ряд зрителей отшатывается на два шага назад. Я гордо вздергиваю подбородок и смотрю в лица каждого, совершенно не догадываясь, кто стоит передо мной. Знаю только Лину, она больше не смотрит на меня так устрашающе, намекая на своё превосходство, напротив, она опустила глаза и больше их на меня не подняла. Это странно…