- Прости, Эвви, мне так жаль, – взмолилась подруга, – я понимаю, что мало чем могла помочь. Но есть вероятность, что она бы не вышла! Ох, я больше не совершу такую ошибку.
-Да, ты красила перед зеркалом свои алые губки, а твоя подруга теряла платье от магии злой директрисы, а потом, – я осеклась, не стоит говорить, что в башне со мной из зеркала говорит двоюродная бабушка, хоть это и всего лишь отражение. Никому, – в общем, хорошая ты подруга, ничего не скажешь.
Алина застонала, она знала, что я шучу. Мы вошли в класс последними. Уже все сидели, но урок ещё не начался. Я села на первую парту. За спиной ни шепотков, ни ахов и рычания. Тишина. Гробовая. Не все были в холле пять минут назад. Поэтому моё платье произвело сейчас на них неизгладимое впечатление. Я уверена, все кроме меня в этой школе знали, кому принадлежало оно, ну или они наивно полагают, как Аврора, что это подделка.
Так хотелось обернуться и посмотреть на Марка, кто бы знал, что мне стоило этого не делать! Нет, я, не влюбившаяся человечка, я – наследница, я не могу позволить показать всем свою слабость, а невзаимная любовь – это явно слабость. Как я это покажу, если обернусь? Да просто: когда мой взгляд будет устремлён на Марка, в нём явно будет видна надежда, ожидание его восторга, комплимента, похвалы. А лучшее, что я могу получить в ответ – это игнор. А худшее, конечно, оскорбительное замечание. Не говоря уже об ударе, он может и тут попытаться отобрать маску. Такие люди сумасшедшие, живут мгновениями, эмоциями. Поэтому я просто решила верить, что он сидит и жалеет, что Эвелина Зайцева больше не его девушка. Уж теперь то я выгляжу подстать ему. Веду себя подстать ему. Но не с ним. Не обидно ли ему? Он хоть что-нибудь чувствует? Или он больше переживает за разрыв с Линой? И нужно ли мне вообще об этом думать? Стоит ли он меня? А я его?
Я слушала тему про то, как важно, чтобы звезды сходились когда-то там где-то там, а сама думала только о Марке. Понравилась ли я ему хоть чуть-чуть в этом злосчастном платье? Как страшна любовь! Меня не будоражат мысли о том, что следующий урок у Анжелики, и, увидев это платье, я сгорю вместе с ним, вспыхну как свечка. Не переживаю о том, что подумает бабушка, когда припрусь не в том наряде, в котором выходила из дома. Думаю не о том, как отреагировала вся школа на то, что теперь у них два наследника, что какая-то девка из “деревни” пододвинула всеми любимого Маркуса. Волнует меня даже не первое занятие магией в школе, чёрт возьми, для волшебников. Ведь я могу там ударить в грязь лицом. Мои мысли лишь о том, что думает про меня Марк, что чувствует, как смотрит. Глупая Эвви, нельзя так. “Твоя любовь, как болезнь. Нет, это и есть болезнь. А твой возлюбленный доведет тебя до могилы” – воззвала я к голосу разума и принялась чертить схемы в тетрадке.
* * *
Вызвала такси, чтобы в этом прекрасном платье не шлёпать по лужам. За окном лил дождь. Смотрела на пузырики на лужах и вспомнила урок у Анжелики.
Сначала я не хотела идти, боюсь я того человека, который без зазрения совести пытается спалить огнем свою ученицу на перемене. А потом как подумала, что там ещё будет Марк, вообще отправилась на выход. И солнце как раз ещё светило. Однако маска на лице запекла, чуть ли не подпалив кожу. Это она, видимо, так намекала, что если я сбегу, то буду не только трусихой, но и предательницей. Мне доверили священный артефакт, открыли тайну магии, а я сбегаю, поджав хвост. Позор!
- Ладно, открой проход в класс, – приказала я замку, не особо надеясь, что тот подчинится. Ошиблась. Пройдя по открывающемуся коридору, оказалась в огромной аудитории. Здесь стояли несколько парт, остальное место, видимо, использовалось для практических занятий. Анжелика не пришла на свой урок по истории, её заменяла помощница, так как у директрисы более важные планы. Наверное, решала, как лучше нас с бабушкой сжить со света.
- Но не волнуйтесь, урок по магии для одиннадцатого класса обязательно проведёт, – подмигнула мне заместительница, вполне дружелюбно. Но меня это не обрадовало.