- Так пошли, – кивает на дверь, видать, своей спальни.
- Рехнулся? – уже злюсь.
- Ну да, будь на моем месте Итон, ты бы не была так резко настроена.
- О чём ты?
Вспоминаю, как танцевала с вампиром вчера на Маскараде. Долго и весело. Неужели Марк ревнует? Меня?
- Ревнуешь? – ухмыляюсь.
- Не вижу причин для улыбок, – он берёт мой подбородок в правую руку и нажимает большим пальцем. От его прикосновения по телу проходит ток.
Молчу. Жду, пока он озвучит причину, по которой я здесь. Не думаю, что это желание затащить меня к себе в постель. Ну, по крайней мере, не главная его цель.
- Какого чёрта ты здесь? – он шепчет мне в ухо это невероятно яростным голосом.
Мурашки не заставляют себя долго ждать: бегут, оккупировав всё тело. И мне следует вместе с ними – бежать подальше. Но я продолжаю стоять, прижатая к холодной каменной стене.
- Ты идиот? Ты же сам приказал замку привести меня сюда.
- Я не за это, – Марк закатывает глаза, делая вид, что говорит с недалёкой.
Я всё ещё его не понимаю. У него раздвоение личности? Тогда это всё объясняет.
- Что ты делаешь здесь? Сегодня. В замке. Зачем ты приперлась сюда? Ты что, суицидница? Тебе жить надоело? – он больно сжимает мою нижнюю часть лица и я впиваюсь в эту руку ногтями. Но он, кажется, их даже не чувствовал.
- Отпусти, Марк.
- Раньше надо было думать.
Страх ползёт по позвоночнику липкой жижей. Справлюсь ли я с ним сейчас?
- Тебе здесь не место.
- Ну конечно. Ты больше достоин фамилии Роуз, магии, маски, замка, да? Хотя это моя бабушка – единственная истинная наследница.
- Знаю. Поэтому тебе здесь и не место, – шепчет в ухо и волосы встают дыбом. И почему я его не отталкиваю и не бегу? Интересно, меня бы выпустили? А бабушка, наверное, всё равно уже в зазеркалье. И как с ней связаться мне не известно.
- Почему?
- Правда не понимаешь? – он смеётся, но этот смех больше похож на стон от боли. Что с ним? Сошёл с ума?
- Марк, ты знаешь, меня не запугать, я не сдамся.
- Глупая. Ты сама подписала себе смертный договор.
- И что, убьёшь меня? – ищу в его зелёных глазах ответ, но они бесчувственны, не выражают ничего, кроме лёгкого опьянения.
- Я, нет, – он склоняется ко мне, поднимая мой подбородок вверх, к себе, быстро целует, а потом, словно спохватившись , отходит на шаг, – никогда. Но я здесь не один. Вряд ли я главный, кого тебе стоит опасаться. Запомни.
Он говорит об Анжелике? Знает её коварный план? Ему уже сообщили, что меня собираются убить? Или он лишь подыгрывает им, пытаясь меня запугать.
- Вам меня не одолеть, – продолжаю держать маску безразличия, всё ещё ощущая тепло его губ на своей коже.
- Упёртая, – он отступил ещё на шаг, махнул рукой в сторону конца коридора, – доставь её к себе.
В стене появилась дверь, похожая на ту, что ведёт в мои покои. Я достала ключ, и он подошёл. Марк всё ещё стоит за моей спиной.
- Спокойной ночи, – бросает он, и за ним захлопывается дверь. Я тоже хлопаю своей, но уже изнутри. Вряд ли он, конечно, услышит.
Что на него находит? Угрожает, целует, предупреждает. Я долго ворочаюсь без сна, обдумывая слова Марка, вспоминая бабушку. Она была уверена, что он ведёт свою игру и не станет плясать под чужую дудку. Не значит ли это, что он правда хотел мне намекнуть об опасности…
* * *
После практически бессонной ночи утро казалось адом. И плевать на то, что я проснулась в королевском замке, на огромной кровати с балдахином в личных покоях. Быстро справившись с утренним туалетом и всё- таки нанеся лёгкий макияж, отправилась на завтрак. Благо, Лексия меня ждала у дверей покоев, чтобы проводить. Кто отдал ей такой приказ? Кажется, только Марк в курсе, что здесь я теряюсь. Пока мы шли в столовую, девушка старалась провести мне экскурсию, я внимательно слушала и пыталась запомнить, кажется, безрезультатно.
- Как только Ваша светлость вернула замок в вид, каковой был при короле Сомерисе, его досконально изучили. Коридоры или одни лишь комнаты закрыты. Вход туда запрещён. Например, эта дверь ведёт в личные покои королевы.