Болевой шок.
Коляня отодвинул подальше оружие, обыскал майора. Аварийка — шприц с промедолом — оказался на месте.
Прямо через одежду в бедро Коляня вкатил раненому содержимое шприца.
По тому, как сразу порозовело лицо, выронялось дыхание майора, Коляня понял — дошло и теперь он уже спит.
Десантным ножом вспорол брючину. Выстрогал из подходящей ветки шину и накрепко прибинтовал сломанную ногу. Уроки, полученные на скорой, пригодились.
Осмотрев руку и не обнаружив перелома, трогать ее не стал, скорее всего, вывих — это не смертельно.
А вот с ногой… У майора был перелом голени. И может быть, двойной. Коляня в этих тонкостях не разбирался. Он просто помнил, что в таких случаях ногу надо зафиксировать и доставить пострадавшего в ближайший травмпункт.
Это если все происходит на улице Карла Маркса, к примеру.
А на какой же «улице» он?
Пока он возился е майором, небо потемнело. Громадная лиловая туча подползла с востока и поглотила солнце. Для дождя туча была слишком холодна. Медленно кружась, упали первые снежинки.
«С неба помощи ждать не придется, — понял Коляня. — Во всяком случае, в ближайшие часы».
Перетаскивать раненого Коляня не рискнул и потому устроил шалаш на месте. Укрепил наклонно вертолетную боковину, нарубил стланика, уложил на него похрапывающего майора и пошел к вертолету посмотреть, не остался ли кто еще в живых и в надежде чем-либо поживиться.
То что они спаслись, еще не факт, что выживут.
Точнее, выживет.
Майор.
Рана даже для его неискушенного взгляда была серьезной, и дело могло кончиться гангреной.
Но и сам он связан по рукам и ногам. Бросить человека и выбираться к людям одному?
Как вариант годится, но посмотрим, это всегда успеется. Хотя все инструкции утверждают, что уходить от места падения нельзя — пропадешь.
Ведь наверняка все локаторы, спутники и службы засекли их катастрофу, зафиксировали ее время, и считанные часы понадобятся, чтобы организовать помощь.
Через час все найденное у сгоревшей машины Коляня рассортировал на три группы.
Аптечка с полным набором лекарств. Антибиотики, пенициллин, промедол, шприцы.
Еда — пять банок консервов, начатая буханка хлеба, НЗ пилотов — шоколад, галеты, кубики сушеного мяса.
Одна прогоревшая плащ-палатка.
Все это Коляня взял в частично сохранившейся кабине. В салон он даже заглядывать не стал: живым в пламени остаться невозможно и мало что вообще там могло уцелеть.
Затем он спустился к месту, где упал его спасительный обломок, и тут ему повезло больше — рюкзак его оказался целым. Но не золоту обрадовался Коляня, там еще, как он помнил, было пять палок сервилата, сгущенка, охотничьи спички.
Это уже что-то. А учитывая, что у майора есть пистолет и две обоймы, продержаться можно долго.
И вода оказалась неподалеку. Рядом в зарослях ольховника как ни в чем не бывало булькал маленький ручеек.
Да только майору надо срочно в больницу.
Срочно!
Он развел костерок, заварил чай, сделал бульон для больного. Потом подумал и сходил еще за водой — уж очень от раненого плохо пахло.
Когда он вернулся, то едва удержался от смеха. Ситуация повторилась с такой точностью, будто видеокассету назад прокрутили.
— Стой! Застрелю!
Невозможно, но майору удалось дотянуться до пистолета.
— Да ладно, — сказал миролюбиво Коляня. — Я и не убегаю… А хотел бы чего дурного, давно бы сделал, так?
— Ребята? — прохрипел майор. — Что там?
Коляня опустил взгляд. Разве неясно, что там!
— Где мы?
— Не знаю, — сказал честно Коляня. — Но посчитать можно. Если вы шли на Магадан, то авария случилась через минут двадцать семь, тридцать. Так?
Раненый кивнул, соглашаясь.
— Скорость этой посудины около четырехсот километров в час. Вот рисуй прямую от Огонера до города и откладывай на ней двести кэмэ. Ориентировочно мы километрах в пятидесяти от рудника Матросова. Ну, может, ближе какие старатели есть. Во всяком случае, через час-два, как этот снегопад закончится, нас разыщут.
— Не разыщут!
Коляня недоуменно посмотрел на майора.
— Не разыщут. Мы самовольно изменили маршрут, за рыбой хотели заскочить на Хениканджу… есть там озерко такое.
— Ничего себе, — присвистнул Коляня. — Ведь это уже Якутия. И как сразу вы повернули туда?
— Почти после взлета, — вздохнул майор. — Минут через пять примерно.
— Обожди, это очень важно… Колыму перелетели?
— Да, минут за десять до падения.
— Тогда мы где-то в верховьях Большой Нечи или Инякана. И самый ближний к нам пункт — Стоковая.