Он обернулся к напарнику, но Коляни уже не было. Только мелькнул в человеческом круговороте прощально поднятый кулак да крик угадался:
— Я позвоню!
Двое в пятнистой униформе растерянно крутили головами: вроде был мужик…
Данилычу даже обидно стало, что это так Коляня сквоза-нул. Но тут сын навалился:
— Батяня!
…В кабинете было прохладно, топить у нас начинают вместе с морозами, но Сарычу было жарко. Он не отрываясь смотрел на экран телевизора: шел репортаж с «Собаки».
Развороченная плотина. Громадная канава, ведущая в старый карьер: поток удалось-таки переадресовать. Бульдозеры, люди… Где-то на заднем плане мелькнуло усталое лицо Давидовича.
— Что, б…, узнал почем фунт изюма? — не удержался Сарыч.
Он уже знал, что общие убытки компании по ликвидации последствий аварии составили почти два миллиарда долларов. Он уже знал, что срочно правительства Канады и Америки выделили деньги для создания экологического страховочного фонда месторождения «Собака» — почти четыре миллиарда рублей.
— Владимир Иванович, так сам рудник вместе с его золотом таких денег не стоит! — заметил помощник.
— Дело уже не в руднике. Но он — ворота на Колыму. Для них ворота, понимаешь. Захлопни их сейчас, и в калитку потом не пролезешь.
— Так чего же мы добились?
— Многого. Такие убытки просто не спишешь. Значит, будет разбор полетов. Жестокий, а не жесткий, Игорь. А кто первый… правильно, стрелочник. Имя его тебе известно. Это раз. Страна получила почти столько же, сколько от МВФ, но не в долг, а как должное. Ты можешь сказать, что нас это греет слабо… неправда. Если есть пирог, всегда от него можно урвать, тем более что мы с тобой на эту операцию потратили пока всего ничего — двести тысяч…
— Сто, — поправил помощник.
— Не понял.
— Три миллиона рублей, как было указано, я отдал без вопросов, а сто тысяч долларов… я им отдал те, конфискованные у чеченцев, ну, фальшивые.
Сарыч обалдело откинулся в кресле и уставился на помощника. Тот взгляд выдержал.
— Игорь, мы с тобой сколько лет вместе? Правильно, почти двадцать… У тебя что — были основания считать меня идиотом? Ты понимаешь, что ты натворил?! В первом же обменном пункте их задержат: откуда дровишки? Не мы задержим, другие, а пока мы их выдернем или нейтрализуем, что они расскажут! Ты пожадничал, деньги никуда бы не ушли.
— А зачем им доллары трогать, — осмелел помощник. — На руках три лимона.
— Во-первых, мы не знаем их расходов. Во-вторых, при определенных операциях котируется только валюта.
Он не уточнил, какие имел в виду расходы, какие операции, а помощник не настаивал, опустив плешивую голову.
— Значит так… Сделай все, чтобы он или, точнее, они не ушли. Я не знаю, сколько этот Аржанов людей набрал, но думаю, что человек пять, не меньше. Честно говоря, я даже не знаю, как они плотину взорвали — нигде об этом ни слова.
— Может, скрывают?
— Да нет, тут что-то не то. Ладно, о чем я, Аэропорты, рыбный и торговый порты — проверь все приходящие из Эвенска суда. Приметы и фамилию Аржанова — лучшим агентам. Самое главное — чтобы он не улетел из Магадана.
— Меры принимаются.
— И что?
— Из Эвенска за прошедшие сутки пришел только «Мончегорск», баржу приволок. Кроме команды — никого. Вертолет тоже вчера был из Эвенска — я сам встречал.
Пропищал сотовый. Помощник, извиняюще взглянув на Сарыча, вытащил телефон.
— Сейнер? На Олу? Конечно проверять, болван. Как вчера утром! Так раньше надо было думать, идиот. Стрелой в Олу, головой отвечаешь.
— Борт сегодня на Москву был? — быстро спросил Сарыч.
— Уже в воздухе.
— Кто у тебя в Москве?
— Да есть ребята. В РУОПе.
— Пусть встречают… и этот, и следующий, и еще следующий. И берут, но везут не в ментовку, а… знаешь куда. Чует мое сердце, он на борту. Вот зараза, если бы его в розыск можно было…
— Может, еще за расчетом придет?
— Жди. Они детективы. читают и смотрят с детства. Аржанов в тайге один банду замочил и подельников своих, вероятно, тоже. Вот такая информация. А я пошел, меня Бульдозер — зовет, мандраж его давит. Как-никак, завтра все решится…
— Да уже решено, — махнул рукой помощник. — Если бы вы выступили кандидатом или мэр, а все эти… кроме Букеева, несерьезно.
Сарыч вышел.
Поиски ничего не дали. Аржанов как в воду канул. Агент, смотавшийся в Олу, доложил, что пассажиров на сейнере «Юшино» не было.
Игорь Андреевич с нетерпением ждал звонка из Москвы.
Наконец поздним вечером дождался. Уже по тону Игорь Андреевич понял: упустили.