На удачу, мальчишка оказался не промах, верткий и ловкий. Иначе бы быть ему зашибленным, точно ягненку, даже к ведьме не ходи.
Глава семнадцатая
Гордик лениво ковырял ложкой в тарелке и исподтишка поглядывал на отца. Королевский судья Стафр был задумчив. Допив чай с молоком, отодвинул кружку, обмакнул усы белоснежной салфеткой и поднялся со стола.
- Гордиан, ты знаешь, что я не имею привычки навязывать тебе свое мнение, но все же, подумай о поездке вместе с бабушкой в Голубые Скалы. Горный воздух и лечебные воды еще никому не навредили. Месяц в горах переживешь. А твои друзья никуда не денутся.
- Он обязательно подумает, мой дорогой сын, - грельдора Нарина восседала в черном кожаном кресле у открытого окна и читала утреннюю газету. Обычно, это кресло занимал только судья, но когда приезжала бабушка, грельдор Стафр без слов и напоминаний уступал его матери, помня, что когда-то оно принадлежало его отцу.
- Хорошо, мама, как скажешь. И все же, - судья Стафр посмотрел на сына и назидательно поднял палец. Гордик кивнул. Сейчас мальчишка был готов согласиться на что угодно, лишь бы отец наконец-то уехал на службу. У него не так много времени на разговор с бабушкой.
Скоро вернутся из вояжа по магазинам мать и кузины, приехавшие из Норретбуга – небольшого городка на юге страны. Виона и Фаина имели твердое намерение поступать в Фулонский университет, а пока, до начала экзаменов будут гостить у них.
Гордик ничего не имел против старших кузин, но шансы поговорить наедине с бабушкой в шумном доме, в компании гостей, подруг матери, знакомых отца, таяли с каждым часом. А завтра грельдора Нарина должна опять уехать в столицу, и вновь появится только на его дне рождения.
Наконец, королевский судья покинул гостиную и через минуту, под окнами простучали колеса его экипажа.
- Ба, - мальчишка подкрался сзади, а потом перегнулся через спинку кресла.
- Чую носом, что у тебя что-то на уме.
- У меня всегда что-то на уме.
- Знаю. И уже начинаю волноваться. Говори, юноша, что ты хочешь от бабушки.
- Ба, дело конфиденциальное.
Бабушка приспустила очки на носу и в упор посмотрела на внука.
- Сядь, - указала она на стул рядом с креслом. – Что случилось?
Гордик сел на стул, повертелся, поморщился, строя рожицы.
- Ну?
- Ну, дело такое, серьезное.
- Говори.
- Ба, нам с друзьями нужен сыщик, - Гордик замолчал, подбирая следующую порцию нужных слов. Всегда находчивый и словоохотливый, рядом с бабушкой он почему-то терялся, подозревая, что она видит его насквозь.
- Ты знаешь, что у твоей бабушки есть сердце? И сейчас оно не выдержит! Говори!
- Да, не волнуйся, пока все в порядке.
- Пока?!
- Слушай, помнишь, в детстве…
- Ну, да, в твоем глубоком детстве…
- Я украл у деда серебряный ножичек для резки бумаги, и сломал его.
Грельдора на секунду замерла и тревожно задышала.
- Хочешь сказать, что ты начал воровать?!
- Нет, ба! Я с тобой серьезно.
- Да куда уже серьезней. Зачем вам сыщик? И причем здесь украденный тобой ножичек, Гордик?!
- Тогда я доверился тебе, и ты классно разыграла ситуацию. Дед рыдал над твоим спектаклем. Ба, сыщик нужен, чтобы разыскать одну девочку. Ты же знаешь моего друга Маркуса Полара. Ба,
история не совсем обычная. Ты только не волнуйся, а просто слушай. Хорошо?
Следующие несколько минут Гордик говорил. Запальчиво, сбиваясь, перескакивая с места на место. Грельдора Нарина слушала его рассказ и хмурилась все сильнее и сильнее. Потом в ее глазах пробежала непонятная отстраненность, будто история внука напомнила что-то важное.
- Как ты сказал, зовут матушку этой девочки?
- А я и не говорил. Ба, ты хочешь меня на чем-то подловить? Постой! Ты что-то знаешь?
- Просто ответь, - грельдора раздраженно поджала губы. Гордик почесал макушку.
- Слушай, дай вспомнить. То ли Эльза, то ли Эмма…
- А может быть Эмили?
- О, точно! – Горик закивал головой. – Так, ты их знаешь?!
- Нет. Продолжай дальше.
- Да, собственно, все.
- Неправда, - грельдора встала с кресла.
Ее статной фигуре очень шел темный шелк, струящийся мягкими складкам, а тяжелый гребень с россыпью рубинов, поддерживающий замысловатый узел прически, придавал облику царственность.
- Ты просишь у меня помощи и умалчиваешь о том, что девочка носит цепочку фереи. Хотя, я могу ошибаться. Возможно, Маркус не заметил ее. Так, как?
Гордик скривился и мотнул головой.
- Да, Марек заметил ее.
- А знаешь, почему я это поняла? Когда ты говоришь неправду или пытаешься что-то скрыть, то прищелкиваешь губами и отводишь глаза. Понаблюдай за собой.