Она отступила:
- Нет. Но мы делили ложе.
Койку, если точнее.
- И что, мы лежали вместе до утра? Обнимались после секса? Писали друг другу записки? Дарили подарки. – И сам себе ответил: - Нет. И тебя это не беспокоило.
Наоборот, она из кожи вон лезла, чтобы никто ничего не заметил. И Греттир не обижался, потому что с самого начала видел ее насквозь: расчетливая, меркантильная, амбициозная женщина. И признавал за ней право быть такой… до сегодняшнего дня. Его жена, мать его детей, хозяйка его дома должна быть другой, совсем другой.
- Поэтому одевайся и уходи. У меня уже есть невеста. Разговор окончен. – Он развернулся и, как был, в чем мать родила, пошел к двери. – Когда вернусь, чтобы тебя здесь не было.
Ответом было молчание и шорох одежды. Уже коснувшись дверной ручки, он остановился:
- Кстати, как ты узнала, что можно вернуться?
- Боги подали знак. – Турид отвечала холодно и с достоинством, даром что все еще стояла перед ним полуголая. – И, кстати, насчет твоей невесты…
- Что такое?
- Не уверена, что дочка Освивра Турханда теперь захочет выйти за тебя.
Греттир с треском хлопнул дверью и тяжелыми шагами двинулся по коридору к ванной комнате. Чертова баба, все же уколола в самое больное. Ему и самому не давало покоя исчезновение Тима. Боги, конечно, покровительствовали эйги и все такое, но иногда могли выкинуть такое, что ни на какую голову не налезало. Если они собирались втянуть их с Венделой в свои игры и разборки… От этой мысли выпить захотелось с двойной силой.
Когда минут через пятнадцать Греттир вернулся в свою комнату, ни Турид, ни ее трусов там уже не было. Хорошо.
И бутылки на подоконнике тоже не было. Она лежала поверх его одежды. Пустая. В воздухе витал запах спирта.
Четрова баба.
И еще одна мысль заставила Греттира вспотеть. А вдруг они все такие?
ГЛАВА 14
ГЛАВА 14
Цвет траура у разных народов разный – черный, белый, пурпурный, даже красный. Для эйги цветом смерти был синий.
За спиной Освивра Турханда стояли три женщины в одинаковых темно-синих платьях. Издали их можно было принять за сестер, но уже за пятьдесят шагов становилась заметна разница между тремя поколениями женщин одной крови. Серебро, бронза и золото. Их заплетенные в косы волосы сияли, как отполированный металл.
С таким богатством и драгоценности не нужны, подумал Греттир. Драгоценностей и не было – ни самой тонкой цепочки, ни самой малой бляшки на поясе. Только странного вида плоские бусины, подвешенные к поясу на тонком ремешке – у старухи черная, у женщины янтарная, у девушки прозрачная.
Судя по хмурым лицом хозяев, в этом доме ему не были рады. Поэтому Греттир тоже решил не церемониться и сразу преступил к делу:
- Сегодня заканчивается отсрочка нашего договора, Освивр. Я пришел договориться о свадьбе.
Тяжело опираясь на подлокотники кресла глава семьи встал и выпрямился.
- Думается мне, ты рано говоришь о свадьбе. У нас траур.
Траур был почти в каждой семье Стаи, так что Греттир не считал нужным откладывать свадьбу еще на год. Даже на месяц отсрочки он был не согласен. Даже на день.
- Я сочувствую вашему горю. Думаю, из-за траура мы устроим скромную церемонию. Надеюсь, моя невеста на меня за это не обидится.
Невеста подняла голову и бросила на него быстрый взгляд. Греттиру показалось, что температура в комнате сразу поднялась градусов на десять. Эта новая Вендела слегка подросла и заметно округлилась по всех нужных местах, но глаза у нее остались прежние – два серо-голубых магнита.
- Ты меня не понял, Греттир. Я думаю, что траур в нашей семье из-за тебя.
Освивр, хромая, подошел к столу и бросил на него длинную ленту. Греттир узнал подарок Венделы, тонкий пояс, вот только красная нить на нем выцвела и золото сильно потускнело.
- Да, это мое, - он не собирался отпираться.
- Знаешь, откуда у меня этот пояс?
- Думаю, что с шеи твоего сына. Он добровольно принял свою судьбу. Это был лучший для него исход. У меня есть свидетели, они подтвердят.
- Знаю. – Освивр смотрел на будущего зятя исподлобья, как бык, готовый броситься в любой момент – Я говорил с Кьяртаном и Боле.
- Тогда ты понимаешь, что я спас твоего сына и честь твоей семьи.
- А ты в свою очередь должен понять, что теперь все между нами изменилось. Вендела не может выйти за убийцу брата. В Стае теперь много свободных девушек, ты сможешь получить любую.