Только сейчас, пройдя полный курс науки у бабушки, Вендела осознала, насколько тонким и сложным искусством является сейд. И как важно иметь в Стае хоть одну сейдкону. А сейчас их было целых три. Греттир даже не догадывался, на что покусился, когда отобрал у них веретенные блоки. Он дорого за это заплатит. За все заплатит.
А сердце все ныло и ныло, не желая соглашаться с решением разума. Сколько раз женщины эйги были вынуждены ненавидеть своих мужей из чувства долга перед кровной родней? Мстить любимым мужчинам за гибель отцов и братьев? Семейные саги полны таких примеров. А чем все это заканчивалось? Та же Сигню после убийства мужа отказалась вернуться под родной кров, так и сгорела вместе со своим непутевым Сиггейром в его доме, бедняжка.
Кто знает, вдруг и Венделу ждала такая же судьба?
Вчера они с бабушкой и мамой все же смотрели в котел. Что там увидели Дэгрун с Гутрун, они не сказали, а Вендела успела разглядеть лицо Греттира. Он глядел на нее с такой тоской и печалью, что…
Коляска вдруг резко накренилась, и девушка чуть не упала на бок. Кто-то схватил ее за руку и резко дернул. Потом мир перевернулся, и она сообразила, что видит над головой мостовую, потому что болтается вверх ногами на мужском плече. Она заколотила кулаками в широкую, обтянутую черной кожей спину:
- Пусти, идиот. И шутки у тебя идиотские.
Конечно, случалось, что друзья жениха, чтобы показать удаль, пытались украсть невесту. Потом они же сидели за праздничным столом с разбитыми носами и синяками на лицах – и не обижались. Что за свадьба без драки? Но Вендела была не расположена участвовать в этих глупых розыгрышах.
- Икоту на тебя нашлю, дубина, пусти сейчас же.
Как бы не так! Ее уже тащили куда-то переулками, от бесконечных поворотов кружилась голова. Ну, ладно, сам напросился:
- Конь в мыле, железо в горниле…
Где-то вдали сигналили машины, свистели гости.
- …дух пылает, а … эй, как тебя там?
Наконец-то ее поставили на ноги.
- Финн?
Последнее слово проклятия застыло на губах. Ох, это была вовсе не шутка.
- Финн, что ты натворил? Уходи сейчас же! Я попробую запутать след, но тебе надо уехать срочно!
Как только Греттир поймет, что ее украли не в шутку, начнется настоящая травля. Что будет дальше, и подумать страшно.
- Я без тебя никуда не уйду, Вендела. Ты не можешь выйти за него.
- Он тебя убьет, Финн!
- Пусть попробует. – Финн улыбался во все тридцать два зуба. – Вендела, ты всегда была моей. Без тебя мне жизни нет, а смерти я не боюсь.
Ну и дурак, хотелось крикнуть ей, еще и твою смерть после брата и отца я не выдержу. Не железная я, в конце концов! А где-то из-за ограды сада уже слышался вой и азартное тявканье.
Она схватила Финна за руку и потянула в узкий проход между двумя старыми зданиями. Кажется, они вышли на окраину туристского городка. Еще немного, и они выберутся к Кафедральному собору. Эйги инстинктивно опасались мест, где совершали свои обряды люди, так что устраивать кровопролитие под крестом они не станут. А если повезет, даже в храм не войдут. Там она поговорит с Финном серьезно. Соврет, если понадобится, пообещает что-нибудь, лишь бы ушел.
Волчий вой раздался совсем близко, они шарахнулись от него, но тут же остановились, потому что ветерок ударил в лицо свежим запахом волчьей метки. Еще несколько минут они кружили среди переделанных под музеи и гостиницы старинных лабазов и складов, пока не сообразили, что их отжимают к курганам. Там, на склонах холмов они будут как на ладони.
- Стой. – Вендела потянула Финна за руку. – Теперь закрой глаза и молчи. Что бы ни случилось, молчи. И глаз не открывай.
*
След оборвался в переулке, как будто линию на бумаге стерли ластиком. Справа и слева возвышались стены – высокий, сложенный из булыжников, фундамент и бревенчатые стены. Ни дверей, ни окон, ни лестниц. Взобраться на крышу по этим серым от времени бревнам могла разве лишь белка, а Вендела белкой не была.
Принюхиваясь и оглядываясь по сторонам, Греттир пошел в конец переулка. Тот выходил на тихую улочку. Машины здесь, видимо, не ездили. Пара припаркованных возле сувенирной лавки велосипедов, да старуха с котом на табурете под окном дома. Он знал, если свернуть направо, улица выведет на кольцевую дорогу вокруг туристической площади, а налево – вниз, к кишащей людьми современной Уппсале. Это был бы разумный ход, вот почему за поворотом уже ждали Кьяртан с Боле – ветер доносил до Греттира их запах.
А запаха Венделы не было. Либо она научилась ходить по воздуху, либо… на этом полет его творческой мысли останавливался. Оставалось надеяться, что она не превратилась в невидимку. Ну, бабка, на тебя вся надежда.