Греттир вошел в гостиничный номер в семь утра. Почти двадцати часов Венделе должно было хватить, чтобы выспаться и подумать, как ей приспособиться к новой реальности. В конце концов, она честно заслужила место наложницы хозяина дома – выше прислуги, но намного ниже хозяйки. Это будет справедливо. Кто выполняет условия договора, получает почет и уважение, а кто нарушает – только клизму.
Против ожидания, Венделы в комнате не было. И одежды ее тоже. Греттир набрал номер ресепшена.
- Молодая женщина в красном платье из номера 405, она спускалась вниз?
- Да, херр Валлин. От завтрака отказалась и ушла из гостиницы.
Чертова баба, выругался про себя Греттир, не может без фокусов. Ищи ее теперь по всему городу. Но, с другой стороны, самостоятельная и бойкая. Это неплохо. Греттир не хотел себе признаваться, но мысль вернуться в номер и застать Венделу плачущей, неприятно царапала изнутри.
- Я послал помощника с кухни проследить, - продолжал журчать в трубке услужливый тенорок, - она дошла до дома 7 по Инглинггатан.
Ага, этот дом снимали Турханды. Если Вендела решила побыть с матерью и бабкой, пусть. В конце концов, он же не крокодил какой и не собирался запирать свою женщину в четырех стенах.
Мысленно отметив оставить консьержу двойные чаевые, устало опустился на матрас. Все-таки отходняк от мескалина и ночь, проведенная в общении с бутылкой водки, требовали несколько часов отдыха.
Он сбросил туфли, откинул одеяло и… тупо уставился на темно-розовые пятна. Кровь. Много крови. Если бы он точно не помнил, что делал вчера, решил бы, что тут кого-то зарезали.
Ччччерт, это все меняло. Он же ясно видел, как ей больно. Вендела кусала губы и плакала, сама того не замечая. А он наслаждался этим. Убедил себя, что у мальчишки Финна был мизинчик между ног, и она просто не привыкла к настоящему мужчине. А у нее, оказывается, вообще никого не было. Ччччерт!
Проклятый мескалин, надо с ним завязывать. А еще надо было срочно посоветоваться с кем-то опытным. С кем-то, побывавшим в его шкуре. То есть с Орваром. Лучший друг в свое время тоже наломал немало дров со своей Хильд, но потом все же поладил с ней.
Во всяком случае, понять Греттира он сможет, сам там был.
*
Орвар в последнее время заделался семьянином и с гулянками до утренней зари покончил. Тем не менее, глаза у него были красные от недосыпа, а лицо усталое. А еще на столе перед ним стоял открытый ноутбук, и лежала пачка документов с карандашными пометками. Похоже, работал всю ночь.
- Проблемы? – Греттир ногой подвинул стул и упал на обтянутое кожей сиденье.
- Ну, да, - рассеянно ответил Орвар. – Было несколько нападений на наш квартал. Нанятая для охраны контора сообщила, что если дело и дальше так пойдет, они запросят двойную оплату. А поступления от недвижимости падают. И последний груз… Погоди-ка, - он медленно поднял голову и уставился на Греттира крсными, как у кролика, глазами. – А что ты тут делаешь, молодожен? У тебя должны быть дела поважнее.
- Ну, я как бы… это…
Ответом ему была поднятая бровь.
- … накосячил.
- Сильно?
- Думаю, да. Больше, чем ты в свое время.
Орвар откинулся на спинку стула, сложил руки на груди и прикрыл глаза. Вид у него был задумчиво-многозначительный – ни дать ни взять, бабуин с запором.
- Чего молчишь? – Разозлился Греттир.
- Любуюсь красотой полета бумеранга. Тихо. Не мешай.
Ну, это было, по крайней мере, справедливо. В свое время Греттир хорошо пропесочил другу мозги, когда тот наломал дров с Хильд. Правда, Орвар и после ее возвращения долго еще корки мочил. Греттир не собирался следовать его примеру.
- И что конкретно ты сделал?
- Нууу, убил того мальчишку, что пытался украсть ее у меня.
- Знаю.
- Нуууу, отвел ее не домой, а в гостиницу.
- Тоже знаю. Не мычи, я о деле спрашиваю. Ты сделал ее своей насильно?
- Не совсем. Но близко к тому.
Греттир до сих пор не мог понять, когда ему сорвало крышу: когда он намешал дури в шампанское или когда увидел у нее на плече свою метку, вспухшую и уже сочившуюся кровью. Тело Венделы отвергало его, и это было самое обидное. В ту минуту от он действительно хотел ее боли, и теперь эта боль грызла его изнутри.
- Угрожал?
- Не то, чтобы…
- Шантажировал?
- Вроде того.
- Чем?
Греттир выложил на стол бусины. Камешки, как камешки, и почему Вендела так за них держалась?
Орвар, похоже, тоже ничего не понимал. Он рассеянно покрутил в руках янтарь, понюхал, лизнул, попробовал просунуть в дырку палец. Затем закрыл ноутбук и встал:
- Пойдем, спросим Хильд. Она должна что-то знать.
Точно! Греттиру показалось, что где-то далеко, где-то в конце туннеля, по которому катилась его жизнь, забрезжила искра света. Такого папы дочка обязательно должна что-то знать.