Ну, да. То есть, нет. Чуть-чуть, то есть. Вообще-то, по всем правилам Греттиру полагалось еще немножко пострадать.
- Ты пока меня не заслужил!
На этот раз ее пятки уперлись в пол довольно прочно.
Он улыбнулся:
- Согласен.
Вендела удивленно моргнула. Что это было? Чистосердечное признание и раскаяние?
- Я никогда тебя не заслуживал, пора тебе это знать. Я это понял в ту самую секунду, когда посмотрел тебе в глаза там, в доме твоей семьи. – Его рука скользнула под воротник ее рубашки, и большой палец мягко погладил полукруглый шрам над ключицей, уже заживший.
Вендела повернулась и посмотрела в лицо Греттира. Он больше не улыбался и не шутил.
- Я никогда не буду тебя достоин. Но никогда не смогу от тебя отказаться. Или убей меня или прими.
Ошеломленная этой правдой, она пыталась найти ответ в его глазах:
- И что же мне теперь выбрать? После всего, что ты натворил?
Он выглядел таким растерянным, таким беззащитным и открытым. Вид Греттира без его обычной брони спокойствия и безразличия поразил ее до глубины души.
- Попытайся простить. Ради нас, ради наших семей. Я не хотел делать то, что сделал, но я попытаюсь загладить свою вину. Если ты позволишь.
Когда он снял перед ней свои доспехи и отбросил прочь оружие, Вендела хотела позволить ему что угодно. В конце концов, удел живых - жить своей жизнью, пока не придет их час. Но как он собирался исправить то, что было сломано между ними?
- Для этого потребуется время, - сказала она. – А сейчас… - Его глаза были прикованы к ее губам. – Сейчас мы можем объявить перемирие. И знаешь, что?
- Что?
- Я не буду сегодня мыть посуду.
Медленная улыбка осветила лицо Греттира. Он наклонился и поцеловал ее нежно и бережно, словно давая последний шанс передумать. Вендела сжала его рубашку в кулаках и поднялась на цыпочки. Тут же два стальных обруча обвились вокруг ее тела, пол ушел куда-то вниз, и тихий голос прошептал прямо в ухо, отчего от предвкушения похолодела кожа и поджались пальцы на ногах:
- Тогда я отведу тебя домой.
- Асгард – в скандинавской мифологии небесный город, где обитают боги-асы
- Фольквангр – чертоги богини Фрейи
ГЛАВА 32
ГЛАВА 32
Греттир открыл дверь пинком, потому что руки его были заняты: всю дорогу от ратуши до дома он отказывался выпустить Венделу их своих объятий. Пусть Кьяртан, Боле и все остальные засранцы знают – это его женщина! Пусть не принюхиваются и не облизываются, пусть…
Едва переступив порог, он резко остановился и уставился на ворох белой ткани у подножия лестницы. Вендела соскользнула на пол и бросилась вперед:
- Маргрета!
Мать лежала с закрытыми глазами, такая маленькая в широкой рубашке и под шалью. Под слоями ткани невозможно было определить, дышит ли она.
Вендела прижала два пальца к шее женщины чуть ниже уха:
- Жива. – Затем проверила ее руки. – Холодные. Наверное, лежит так давно. – И обернулась к Греттиру. – Неси ее наверх, попробую согреть и разбудить.
Через десять минут Маргрета лежала в постели, обложенная бутылками с горячей водой, с грелкой в ногах, и ее щеки постепенно розовели, но глаза оставались закрытыми. Еще через полчаса она вся горела от жара и пыталась сбросить с себя одеяло. Дыхание женщины стало хриплым, и каждый глоток воздуха она втягивала в себя с тихим свистом.
Вендела распахнула шторы, впуская в комнату лунный свет. В отверстие веретенного блока была ясно видна петля, захлестнувшая тело поперек груди. Толстая, как деревенская пряжа нить, давила, не давая дышать. И неудивительно, учитывая, как сильно она была натянута. Достаточно было лишь коснуться ее пальцем, как где-то вдали загудел охотничий рог, и залаяли собаки. Она проследила направление нити.
- Что ты видишь? – Спросил Греттир.
- Твой отец ценил твою мать?
- Да, - ответил он. – Я не видел любви сильнее.
То, как уверенно он произнес это «любовь», поразило Венделу. Люди легко говорили о любви, они вообще могли разбрасываться своими чувствами направо и налево, но для эйги все было сложнее. Их было слишком мало, и их жизнь была достаточно трудна, чтобы идти на поводу у таких недолговечных привязанностей. Новые браки заключались ради укрепления рода, ради рождения здоровых детей, ради приобретения сильных союзников. Слишком крепкая привязанность была опасна, потому что давала возможность умершему супругу забрать с собой оставшегося в живых.
- Что с ней? Что ты видишь?
- Твой отец тянет ее за собой.
- Как?