- Дай руку. – Она положила его ладонь на пустоту. – Чувствуешь? Нити их жизней переплелись вместе. Теперь ни Маргрета ни Кнут не могут существовать друг без друга. Ни здесь, ни там. Думаю, она не переживет полнолуния.
Греттир сжал в кулак то, что ощущалось, как стальная проволока, и дернул изо всех сил. Бесполезно. Зато вдалеке, где-то в стороне Королевских холмов, взвыли собаки, да так громко, что услышал даже он.
- Что это? – Он вытер окровавленные пальцы о штаны и снова вцепился в нить жизни.
- Ты услышал? – Удивилась Вендела. – Это Дикая охота. Всеотец иногда выпускает ловцов на землю к живым. И они никогда не уходят без добычи.
- Когда это может случиться?
- Полнолуние будет длиться еще четыре ночи. В любую из них.
Вот, значит, как. Отцу не сидится спокойно в чертогах Одина, и он пришел забрать мать. Греттир не готов был отдать ее даже отцу. Маргрета была слишком молода, чтобы уйти, она еще даже не увидела своих внуков.
- Я обрежу эту чертову нить.
- Ну, попробуй.
Вендела села на край кровати и взяла Маргрету за руку. Пусть убедится сам, упрямая голова. Греттир старался долго, но меч или отскакивал от этой проклятой проволоки или проходил ее насквозь. Зато у него самого появился реальный шанс остаться без пальцев.
- Прекрати, - попросила Вендела. – Ты же видишь, ее не разрезать.
- Неужели нельзя ничего сделать?
Все-таки даже слабоумие способно вызвать уважение, когда сочетается с таким невероятным упрямством.
- Я могу развязать узел вот здесь, - Вендела положила руку на грудь Маргреты, и та тихо застонала. – Но тогда она не будет привязана ни к чему. Сам знаешь, как это бывает.
Греттир знал, видел однажды, еще в детстве, когда их соседка сошла с ума после смерти мужа. Люди иногда лечат повредившихся умом таблетками, гипнозом и всякими другими хитростями, только на эйги они не действуют.
- А ты не можешь ее привязать заново?
- К тебе?
Греттир почесал кончик носа. Да, вопрос не из легких. Зацикленная на своем взрослом сыне мать – перспектива жутковатая.
- А есть другие варианты?
- Ну, можно привязать ее к дому. Тогда она сможет жить, пока стоят опорные столбы вашего дома. Если ее тело износится раньше, чем упадут столбы, она станет фюльгьей-хранительницей (1). Такой вариант тебя устроит?
- Да. Что я должен сделать?
- Ты дашь мне свою силу, чтобы спрясть новую нить. А потом вернешься в дом и привяжешь ее конец к одному из столбов почетного сиденья.
Вендела смотрела на Греттира, ожидая ответа. Судя по выражению его лица, он понимал, о чем идет речь. Она собиралась взять часть силы, которая удерживала его волка. Его собственная нить жизни станет тоньше, и если зверь сорвется с привязи, он будет не сильнее человека.
- Ну?
Вместо ответа он вытянул из-под свитера цепочку с двумя большими бусинами и снял одну из них – янтарную.
- Вот, возьми. Я обещал вернуть тебе твой камень в обмен на одну жизнь. Надеюсь, твоя нить будет крепкой.
Вендела сжала в кулаке горячий кусок застывшей смолы, который только что лежал на его груди. Будет. Она наденет на веретено из лунного луча два кольца и совьет двойную нить. Возможно, на это уйдет вся жизненная сила Греттира, но если какой-нибудь неизвестный наследник сядет на почетное сиденье в доме Валлинов, он получит сильную хранительницу.
От мысли, что это будет не Греттир, вдруг так болезненно сжалось сердце, что даже слезы на глазах выступили.
- Что такое? – Испугался тот. – Ты поранилась?
Да, только не так, как ты думаешь.
- Все в порядке. Повернись ко мне спиной и сядь на табурет. Это не долго.
Кажется, Греттир уже начал привыкать к этому медленному ощущению потери себя. Было такое чувство, что его позвоночник становится тоньше, тает, как сосулька на февральском солнце, и вот-вот исчезнет совсем.
- Все. Дальше я сама.
Он встал и повел плечами. Встряхнул головой, чтобы справиться с недолгим головокружением.
- Все в порядке. Жить буду. – Обернулся и застыл. – Что ты делаешь?
Вендела с какой-то блестящей палкой в руке сидела на скамье под окном, и ее чудесные волосы покрывали ее плащом, как он уже видел однажды. Только этот плащ заканчивался теперь где-то на уровне колен.
- Зачем ты обрезала волосы?
Она сняла с лунного луча веретенные блоки и протянула ему искрящийся даже в полумраке клубок ниток:
- Держи. Этого хватит, чтобы доехать до дома.
- Зачем ты обрезала волосы?
Греттир не моргнув глазом, мог выдержать удар меча или пулевое ранение, но сейчас чуть не плакал.