Безрезультатно. И это было хорошо. Это значило, что у него есть еще один день с Венделой.
Уже полностью одетый, Греттир поцеловал Венделу в голое плечо. Она открыла глаза и сонно улыбнулась:
- Уже уходишь?
- Могу и остаться.
Она окинула взглядом всю его фигуру: потертую кожаную куртку, серые камуфляжные штаны, тяжелые ботинки. Широкие ножны за спиной и подвешенный к поясному ремню красивый нож могли показаться странным дополнением к этому костюму, но только не для женщины-эйги. Греттир многозначительно пошевелил бровями, словно говоря: «Ну, давай, соглашайся».
Ха! Она согласилась один раз, так Греттир ее потом продержал в постели до самого вечера, а Маргрета на следующий день улыбалась так многозначительно, что Вендела краснела до самых ключиц.
- Нет уж, иди. Мне надо собирать травы.
Это было единственным делом, которое Маргрета уступила ей. И терять драгоценные апрельские дни не хотелось. Именно сейчас надо было собирать листья брусники, пока целительная сила не перешла в цветы. И листья толокнянки. И корни девясила с лапчаткой. И вообще, Священная роща была настоящей сокровищницей для знающей травницы, а Вендела (спасибо маме с бабушкой) знала многое. И в какое время, под какой заговор собирать растения, как сберегать и хранить, каким сейдом усилить их природные свойства.
Она дождалась, пока шаги Греттира стихнут на лестнице, затем встала, накинула халат и пошла в ванную.
*
На кухне пахло корицей и кофе. Даже страшно представить, в какую рань вставала Маргрета, чтобы напечь к завтраку свежих булочек. И потом весь день крутилась по дому, как детский волчок: мыла, стирала, проветривала, гладила. И готовила, готовила, готовила.
- Пахнет замечательно.
Вендела налила себе кофе и села к столу, чтобы не путаться у хозяйки дома под ногами. Маргрета с большой деревянной ложкой отвернулась от кастрюли и посмотрела на Венделу.
- Правда? Ну-ка, попробуй.
Вендела подула на ложку и отпила глоток густого пряного соуса.
- Очень вкусно. Что это?
- Беф бургиньон.
Даже звучало это божественно, особенно после пяти лет на треске и селедке, которыми приходилось питаться в Гренланде.
- Греттиру понравится.
Вообще-то Вендела хотела сказать что-то приятное, но Маргрета почему-то пригорюнилась.
- Не уверена.
- Почему?
Сама Вендела до сих пор облизывалась, вспоминая вчерашние равиоли в грибном соусе.
- Мне кажется, он даже не замечает, что у него на тарелке. И все время просит какую-то морковку. – Маргрета прикрыла кастрюлю крышкой и тоже налила себе кофе. – Я ему и семгу под маринадом, и пирог морковный и запеканку… а он говорит, все не то. Прямо руки опускаются.
Вендела чуть не подавилась кофе. Морковку?
- Кажется, я знаю, чего он хочет. Я вас научу.
Ничего страшного не случится, если Маргрета выучит пару заговоров попроще. Теперь, когда она стала берегиней для своей семьи, использовать их во зло все равно не сможет.
Через час Вендела уже шла с корзинкой по солнечной стороне улицы, радуясь теплому ветерку, запаху молодой листвы, воробьиному чириканью. В корзинке лежали те самые булочки с корицей – две ей, остальные для Греттира. И горшочек с обжаренной в сливочном масле морковью. Маргрета попросила отнести все это на двор Конунга, где с утра до вечера мужчины тренировали молодняк. Хотелось глупо хихикать. Вылитая Красная шапочка, только идет не к бабушке, а к волку. И несет ему пирожки и горшочек сметаны (зачеркнуть) морковки.
Чтобы не проходить через весь дом, она вошла во двор через калитку из переулка. И остановилась. Хорошее настроение улетучилось, как разорванное ветром облачко дыма.
На тренировочной площадке крутилось несколько бойцов. Одним из них был Греттир.
ГЛАВА 34
ГЛАВА 34
Щенки были хоть и мелкими, но на редкость настырными и цепкими. Втроем они загоняли матерого волка почти до одышки. Хельги Левша отложил резной ковшик и долго и жадно пил воду прямо из ведра, затем обтер рукавом лицо и посмотрел на тренировочную площадку, где топтались три его ученика – пацаны лет одиннадцати-двенадцати. Щенкам уже разрешили драться настоящими мечами, и они аж поскуливали от нетерпения и желания затравить добычу.