- Цепкие, как комары. Не отмашешься. – С нескрываемой гордостью сообщил он Греттиру. – Хорошие вырастут бойцы.
Когда они еще вырастут. Греттир невольно вспомнил обгорелые бревна домов на окраине Фози. Бойцы Стае нужны были прямо сейчас. А еще лучше – вчера.
- Давай я их погоняю. Отдышись пока.
Хельги не возражал, а щенки просто взвыли от восторга, когда поняли, что будут драться аж с целым Греттиром Валлином. Вернее, выли двое, а третий, самый тонконогий и бледный, смотрел, стиснув зубы и не моргая.
- И побереги свои фамильные драгоценности, - крикнул вдогонку Левша. – Хильд уже обучила их всем подлым приемчикам.
Ну, раз так, Греттир прихватил с собой еще один меч, тренировочный деревянный, чтобы драться двумя руками. И они ему понадобились!
Шарик, Тузик и Мурзик неплохо спелись и уже освоили тактику отвлечения и нападения, передавая друг другу роль нападающего специальным зашифрованным тявканьем. Молодцы, про себя одобрил Греттир. Ну, раз так, надо выбить вас из колеи.
- Эй, Шарик, Тузик! Вы как меч держите? Это вам не грабли. Не тыкай! Не тыкай говорю, работай кистью и плечом! – Один за другим два меча разлетелись по углам площадки. – А я говорил, не тыкайте! Живо подняли и назад. – Те бросились выполнять приказ.
И в этот момент что-то ужалило Греттира в бедро.
- Мурзик! Решил драться со мной один на один?
Вместо ответа парнишка сделал еще один выпад. Греттир, конечно, отбил, но оценил старания будущего фехтовальщика. И с плечом и с кистью все было неплохо, сразу видно, что малец тренировался на манекенах. Зато нападал он не так как те два балбеса – сосредоточенно, с недетской целеустремленной злостью. И не издавал ни звука перед броском. И ответные удары сносил, не морщась. Греттир решил пошатать и его.
- И это все, на что ты способен? Тебе сколько лет, что ты такой слабый, а, Мурзик? Или твоя мамаша согрешила с пинчером?
Малыш оскалился и прыгнул на Греттира так неожиданно, что тот едва успел убрать меч. Пришлось действовать не по правилам: схватил парнишку за шиворот и поднял в воздух. Но тот все равно не сдавался, скалил зубы и пытался дотянуться ногтями.
- Точно, полукровка. – Глаза мальчика только издали казались светло-карими. В действительности их радужка была зеленой, с желтыми лучиками, расходящимися от зрачка. – Ну ладно, Мурзик, не горюй, натаскаем и тебя. Если будешь стараться, сможешь стать «свином».
- Я буду волком! – Голос у пацана был тонкий, как его руки и ноги. – Волком! И я убью тебя, Греттир, сын Кнута!
- Ой, какие мы гордые! – Греттир уронил пацана на землю, дождался, пока он поднимет меч и станет в боевую стойку. – Ну тогда покажи мне, как ты меня убьешь.
Отбил удар, еще раз отбил, а потом пропустил мимо и наподдал пинка. А чтобы не зазнавался. Молод еще угрожать взрослому бойцу.
- Учись уважать старших, Мурзик. А теперь иди к мамке. На сегодня хватит. Через неделю проверю тебя еще раз.
- Я не Мурзик! – Малец пятился к выходу. – И я все равно убью тебя. Ты за все ответишь!
- Бу! – Греттир сделал обманный выпад, и когда мальчишка попытался ответить, развернул его и от души еще раз шлепнул пониже спины. – Молод еще угрожать мне. Беги к мамке, я сказал.
И мальчишка побежал… мимо стоящей посреди двора Венделы.
Греттир убрал меч в ножны и пошел к ней.
- Привет, уже соскучилась? – Попытался поцеловать ее, но она отпрянула, как от змеи. Даже обидно. – Что случилось?
- Зачем ты так с ним?
- С кем? С Мурзиком?
Она вздрогнула, словно он ее ударил. А что он такого сказал? Обычные подколки, как принято среди мужчин.
- Он не Мурзик! У него имя есть! Или тебе мало того, что ты с ним сделал, надо еще и поглумиться?
Вендела швырнула в него корзинкой, развернулась и быстро пошла к калитке. Корзинку-то Греттир поймал, но больше ничего не понял.
- Что это было? – Повернулся к Хельги. – Я опять что-то не так сделал?
- Не то, чтобы не так… - Левша завладел корзинкой и заглянул внутрь. Выбрал пирожок порумянее и хищно впился в него зубами. – О! С мясом, мои любимые. Ты феерически облажался.
Вот и пойми этих женщин. Утром она явно не хотела отпускать его, а теперь готова была убить.
- В чем же?
Ой, какие мы нежные. Ну, назвал щенка Мурзиком, так это нормально среди мужчин. Они с Орваром много лет терпели всякое, пока не заслужили, чтобы их звали по именам. Сначала они были Тощим и Дохлым. И чё? Все правда. Затем стали Тупым и Еще Тупее. Сжали зубы и терпели… терпели… терпели, пока не вздули «наставников» так, что драться с ними с тех пор выходили двое-трое. И только тогда они стали Греттиром Сильным и Орваром Метким.