- Послушай меня, дочка. Теперь ты взрослая женщина, а быть взрослой иногда не просто. Иногда тебе придется делать выбор между белым и черным, между добром и злом. Поэтому запомни, не старайся никому угодить. Не выбирай силу или выгоду. Выбирай правду. Поступай так, как считаешь честным и правильным, невзирая на последствия. И будь, что будет. Те, кто тебя действительно любит, останутся с тобой. А шелуху и пену пусть уносят семь ветров.
Вендела знала имена всех этих ветров, начиная с ласкового Догоды до сурового Позвизда, с бороды которого течет дождь, а дыхание превращается в туман. Все они по зову сейдконы могли выйти из-под Алатырь-камня, чтобы сбить с пути врага, или, наоборот, привести к порогу красной девицы доброго молодца.
- Ты пришла.
Она вздрогнула, внезапно вынырнув из своих мыслей. На пороге ванной стоял Греттир с обмотанным вокруг бедер полотенцем и с легкой улыбкой смотрел на нее. Он смотрел так, словно в жизни не видел ничего красивее. Через минуту эта улыбка исчезнет навсегда, и от этой мысли стало так холодно, так страшно… что она, не раздумывая, бросилась прямо в омут с головой.
- Я должна тебе кое-что сказать.
Греттир сделал шаг вперед:
- Говори.
- Наверное, тебе лучше сначала одеться.
Судя по тому, как ее глаза скользнули сначала к его груди, а потом ниже, правильнее было провести этот разговор без трусов.
- Я в порядке. Продолжай.
Вендела сглотнула.
- Тебе это не понравится.
- Ты уходишь к другому мужчине?
Тогда этот кобелюка не жилец.
- Нет.
- Но тебе все равно нравится кто-то другой?
Точно не жилец.
- Нет.
- Тогда я не вижу никаких проблем.
Вендела выпрямилась во весь свой рост и сжала кулаки.
- Я тебя ненавидела, идиот!
- Это было очевидно.
И зачем так кричать?
- Я тебя не хотела. Не хотела с тобой спать. Не хотела быть твоей женой.
- Знаю. Я все про тебя знаю.
- А ты знаешь, что я собиралась убить тебя? Мы с бабушкой все распланировали.
- Правильно. Нельзя начинать серьезное дело без правильного плана.
- Я даже собиралась зачать с тобой ребенка.
- Такой план мне нравится все больше и больше.
- А потом я собиралась убить тебя.
- Звучит разумно. Это все?
- Греттир, ты это серьезно говоришь? Теперь ты должен меня ненавидеть.
- Нет, моя любовь, - Греттир подошел так близко, что Вендела чувствовала тепло его тела. – Твое признание ничего не меняет. Ты благородная женщина. Я бы удивился, если бы ты смирилась перед обстоятельствами и подчинилась грубой силе.
- То есть ты не злишься на меня?
Его плоские, как монеты соски на каменных плитах мышц маячили прямо у нее перед глазами. А на покрывающих грудь волосках сверкали капельки воды. У Венделы пересохло во рту. Греттир неожиданно подхватил ее под мышки, развернулся и усадил на столешницу комода. Что-то упало и покатилось по полу, но она даже не вздрогнула, все смотрела и смотрела ему в зрачки.
- Я? Я тобой горжусь. Теперь я понимаю, почему пропал, как только посмотрел тебе в глаза. Представляешь, какие у нас будут дети, когда соединятся два наших корня!
У нее снова пересохло во рту, когда Греттир поднял подол ее платья чуть выше колен, а затем придвинулся еще ближе. Пришлось развести ноги в стороны. Тогда он слегка наклонился вперед, и Вендела безошибочно определила, что происходит сейчас у него под полотенцем.
- Ты станешь моей женой?
Она прерывисто вздохнула, но ответить не успела.
- Ты не обязана отвечать прямо сейчас.
Греттир наклонился и поцеловал ее в сердце. Пальцы Венделы погрузились в его волосы, он замер… нет, не оттолкнула. Греттир закрыл глаза, впитывая ее тепло, слабый чистый запах, покой.
- У тебя есть время подумать.
Он медленно провел кончиком носа вверх по ее шее до виска. Замер, наслаждаясь ароматом волос. И потом выдохнул, но не с тихим рычанием, как прежде, а с благодарным стоном. С мучительной нежностью, коснулся ее кос, а затем потянул ленту.
- Я жизнь отдам за один волосок с твоей головы.
Обещание сразу же было закреплено поцелуем. Вендела замерла, не замечая, как дрожит все ее тело. Это был их первый настоящий поцелуй. Первый поцелуй сродни обещанию. Он говорит о многом. Он показывает, как будет мужчина относиться к женщине всю оставшуюся жизнь. Будет ли он варить ей кофе по утрам и дарить цветы просто так, а не по праздникам. Будет ли держать за руку или пойдет вперед, не оглядываясь. Поцелуй скажет, нужна ли она Греттиру сама по себе или только для того, чтобы вести хозяйство и рожать детей.