Дер-Су схватил меч за рукоять и попытался вытащить, но его сил не хватило. Руми поспешила к нему. От прикосновения к вместилищу останков перводемона она дрогнула. Тьма зашевелилась в душе, и голоса Скверны вновь зашептали ядовитые слова. Руми, как могла, закрыла для них сознание, стараясь сосредоточиться на деле. Вместе с князем, обливаясь потом, она тянула, казалось, намертво застрявший демонический клинок, а голоса становились всё громче и злее. «Драголин же справляется, — думала Руми, вцепившись в рукоять. — Я не хуже». «Ей всегда больно, — отвечал кто-то из глубин сознания. — Это плата за могущество». Наконец, клинок пошел вверх и показал острие. Руми обеспокоенно взглянула на Дер-Су.
— Нужно передать госпоже, — тяжело дыша, сказала она.
— Лучше я. Мне не привыкать к голосам внутренних демонов, — ответил князь, и, крепко ухватив рукоять чёрного меча, начал карабкаться по уступам к драконессе.
Драголин уже не скрывала усталости и лишний раз облокачивалась на скалы, чтобы секунду отдохнуть. Хотя госпоже удавалось уклоняться от атак перводемона и самой наносить удары, долго она могла не выдержать. Дер-Су спешил ей на помощь, а Руми, сжав кулаки, наблюдала за ним.
Едва князь встал в полный рост, Аймери обернулся в его сторону. День померк. Со всех концов горы наползли тени, которые сотней рук схватили Дер-Су и потянули вниз с края уступа. Гневно воскликнув, князь разрубил часть теней клинком Драголин, но их оказалось слишком много. Они сбили его с ног и сбросили обратно, где уже ждали новые губительные обьятия. Руми бросилась князю на выручку.
Чёрный лес длинных теневых рук поглотил Дер-Су, разлившись кругом озером мрака. Руми, едва ступила на границу тьмы, поняла, что медленно вязнет в трясине. Каждый шаг становился подвигом и одновременно погружением в болото, хитро сотворённое Аймери. Из потусторонних глубин чёрные пальцы хватали за ступни. Руми медленно прорывалась к князю, пока цепкие лапы мелеховских мертвецов тащили вниз, туда, где нет ни воздуха, ни света. Дер-Су уже казался погребённым под массой густой тьмы. Ночной кошмар стал явью. Руми, отчаянно крича, резала и рубила тени, но, чем дальше заходила, тем выше зловещие руки вздымались над поверхностью и уже могли схватить за горло. Драголин кинулась на помощь, но Аймери схватил её, подобно хищной птице, и унес в сторону. Отчаяние поглотило рассудок Руми. Если бы загорелся тот свет, что рассеял мрак в пещере Адзуны…
Силой воли она попыталась зажечь свою метку. В памяти мелькали лучшие и самые вдохновляющие моменты жизни, только этого оказалось недостаточно. Над головой продолжал носиться Аймери, раздирая когтями тело почти не сопротивляющейся Драголин. Нет, нужно нечто другое… То, что сделало её Руми, прошедшей пещеру Адзуны… Только сквозь трясину тьмы не разглядеть сияющих Корней.
— Пожалуйста, Неру! — закричала Руми, но силуэт перводемона заслонил солнце. — Помоги! Иначе мне не спастись! Не спасти Дер-Су!
Чёрная ладонь схватила её за лицо и резко дёрнула вниз. Руми, захлебываясь хриплым воплем, сбросила тень, но взглянула на поверхность мрачного болота. Теперь, помимо рук, видела мёртвые лица с запавшими глазами. Одно из них она сразу узнала по длинному, редкому для феникса, носу.
— Нет, нет, нет! Тень святого нетленного тела не могла подчиниться Аймери!
Кто-то вцепился в рубашку Руми и с усилием потянул назад. Обернувшись, она увидела Игнэ, которого оплетали мерзкие руки.
— Я не пойду назад! — она ударила тигра по носу рукоятью меча, и он разжал зубы. — Без меня Дер-Су погибнет!
— Ты ему не поможешь! Только умрешь вместе с ним! — Игнэ попытался вновь ухватить её за одежду.
— Не твоё дело! Я не брошу его одного во тьме! Спасайся сам, отступай! — заорала она до потери голоса.
Тигр остался на месте, медленно утопая. Руми колотила его кулаками и толкала в сторону берега, а он только смотрел на её потуги печальными глазами. Демонические ладони вновь потянули её вниз, и она, уронив меч, барахталась, боясь лишь потерять тигра из виду, не узнав, выбрался ли он.
Неожиданно полосы на его теле засветились. Странный, немного приглушенный вопль раздался где-то под Руми, и тени малыми волнами начали отползать от света. С каждой секундой он загорался всё ярче. Путы, связывавшие Игнэ, истаяли, и теперь слуги Аймери не могли просто так укрыться от сияния и распадались на месте. Сам перводемон застыл в воздухе, прекратив терзать пленницу, и наблюдал за странным действом. Руми переводила взгляд то на Аймери, то на тигра. Игнэ засветился уже целиком и начал подниматься на задние лапы. Облик его менялся, и вот уже не хищник, а прекрасный мужчина в золотых одеяниях стоял перед Руми. Внешне он походил на феникса, но статностью и красотой превосходил даже Симериона. Рыжие волосы чуть развевались на ветру, а всю фигуру окутывала сияющая, как свет зари, аура. Добрый, заботливый взгляд прогонял тьму из души.
Тени давно рассеялись. Руми, едва помня себя, бросилась к Дер-Су. Больше всего на свете она хотела знать, что он жив. При этом она не сводила глаз с новоявленного красавца и тихо шептала:
— Анарэн, Анарэн…
Преобразившийся Игнэ поднял голову и гневно посмотрел на Аймери. Раздался оглушительный вопль. Перводемон бросил вниз почти замученную Драголин и поспешил скрыться. Благо, она упала на ближайший уступ. Руми только успела заметить, что на крыльях Аймери плясали яркие языки пламени. Он бился о скалы, силясь потушить огонь, и продолжал неистово кричать.
Когда Руми вновь повернулась к Игнэ, его тело уже распадалось на маленькие круглые огоньки. Они походили на светлячков, и Руми завороженно наблюдала за ними, давясь слезами. Её ладонь касалась чуть тёплого запястья Дер-Су, и без этой поддержки, как ей казалось, она провалится под землю.
— Я не жалею, — спокойно и ласково сказал Игнэ. — И ты не жалей.
Он одарил её последним взглядом, почти сразу утонувшем в вихре огней. Медленно светлячки поднимались к солнцу. Руми только хрипела, не в силах произнести связного слова. На уступ запрыгнула Витэ и сразу же бросилась на место гибели возлюбленного. Её вопль стал самым горестным из всех, что за свою жизнь слышала Руми.
— Игнэ! Игнэ! — кричала тигрица и пыталась поймать лапами огоньки, которые не откликались на её зов.
Витэ взбиралась по скалам вслед за призрачным светом, высекая когтями искры. Не сумев удержаться, она сорвалась и упала на спину, а когда поднялась, сияние Игнэ почти растворилось в солнечных лучах. Тигрица отчаянно заметалась по уступу. Ещё надеялась найти огоньки и удержать их на Земле.
Часть пятая. Руми и Аймери. Глава 26. История Витэ
Когда солнце скрылось за горами, Витэ остановилась и легла на месте, где недавно стоял дух Анарэн. Отрешённо она смотрела в сумеречные небеса и на только начинавшие загораться звёзды. Кто знает, заплакала бы она, если бы умела.
Все часы, прошедшие с окончания битвы, Руми держала Дер-Су за руку и через Корни возвращала ему жизненные силы. Князь так и не приходил в себя, хотя его лицо порозовело. Иногда Руми поворачивалась к Витэ и пыталась что-то сказать, приободрить, утешить, но не выходило. Наверное, и к лучшему. Руми чувствовала свою вину и, не будь нужды исцелить Дер-Су, нашла бы бездну, в которую можно шагнуть. Последние слова Игнэ помогали справляться с отчаянием. Только Руми не до конца верила другу, погибшему ради неё.