В тот памятный вечер... Неплохое начало, а? Свеженькое.
Так вот, в тот вечер собрались у меня.
- ...Ли, вы только к началу подошли в этой букве?
- возмутился ночной попутчик. - Вы прекрасно расправлялись с пятилетними периодами в нескольких
словах, а сейчас вы события максимум одного месяца рассусоливаете полночи...
- Мой алфавит. Что хочу, то и рассусоливаю. Вы мне, кстати, три буквы вне очереди назначили. Я честно рассказала И, перешла к Й, но по дороге вспомнила, что внутри Й появляется еще и К. Разрешите совместить. Это будет правильно с исторической точки зрения. Тем более что это центральная часть романа.
- Да, но покороче, прошу вас. У меня еще много недочитанного в темно-бордовой книге, а скоро рассвет, и ваша остановка приближается...
Ли огляделась: с той минуты, как улетел Габриэль, салон принял свой первоначальный вид. Замороженный ночной троллейбус. Пусто. Холодно. Сквозь узорчатые окна не видно ни зги. Рядом с ней на диванчике сидит пассажир мужского пола с книгой в руках. Вежливый. От удивления она забыла имя ночного попутчика. А ведь только что знала!.. Черт подери. А, да, Люцифер. Вспомнила. И он обещал помочь. А мне это надо? Посмотрим. Выйти-то всегда можно...
- О нет, дорогая Ли, выйти нельзя. По крайней мере, так вот просто взять и выйти. Так не бывает. Рассказывайте дальше. Это единственный путь к выходу.
- Вам виднее... - согласилась Ли. Всё ж - старший товарищ.
***
Алфавит: Й и К
По вечерам мы пили, как правило, чай. Вёдрами. Угощали друг друга печеньями. И бесконечными разговорами.
Вечер. Чай заварен. Мы расселись вокруг моего стола, вынесенного на середину комнаты, чтоб все поместились.
Моя близкая подруга номер один говорит о своем новом разводе и о своей жажде: влюбиться, наконец, не в козла, а в настоящего мужчину. Ведь есть они где-то, наверное. Эта подруга - иностранка, но в их царстве-государстве девочек воспитывают по очень похожим на наши канонам. Там тоже существует проблема первого и клубок змей вокруг, там тоже серьезна проблема замужества, верности, а также есть разрешение на многое для мужчины и на немногое для женщины. Там тоже, вспоминая о начале половой карьеры - если начало состоялось вне брака, - молодая женщина скорее соврет, что ее изнасиловал какой-нибудь людоед, чем откровенно признается, что сама искала пути к скорейшей дефлорации.
Вторая подруга на момент упомянутого чаепития - девственница. На нашем разнузданном фоне это обстоятельство слегка тяготит её, но больше психологически, чем чувственно. В ней сидят традиции трех народов и двух семей духовного звания. Она - живой символ готовности пойти за единственным на край света, но для этого похода нужен убедительный образ. Сила её потенциальной неистовости в любви и самоотвержении так огромна, что она совершенно справедливо придерживает себя до поры до времени.
Третья участница чаепития - моя юная соседка по комнате. Ей, как вы помните, всего семнадцать, но она уже не хочет возвращаться на свою мусульманскую родину. Вкус русской столицы оказался слаще, чем перспективы развития среди своих. Она тоже еще девственна, но так уж получилось. Ну не успела.
Я разливаю чай. Дамы заняты болтовней. Стук в дверь. Обычное дело. Стоит разлить чай - кто-нибудь летит на огонек.
Моя юная соседка открывает дверь и возвращается в комнату с темноликим гостем. Вот, говорит, вам и компания.
Й садится за стол, скупо поздоровавшись с женщинами и девушками, воззрившимися на его красоту. Пишущую машинку моей соседке он починил, принес, пьет чай и смотрит перед собой. В блюдце.
Бабы мои ведут себя хорошо, на стену никто не полез, ну пришел да пришел, мало ли что. Еще посмотрим на тебя. Й допил, встал и как-то весь целиком ушел. Попрощавшись, разумеется, и поблагодарив за чай.
- Что за хрен? - спрашивает иностранка у мусульманки.
- Мой однокурсник. Вот развелся с женой и переехал в общежитие. Ему двадцать восемь лет.
- Красив, падла, - замечает номер два, девственница. - Правда? - это вопрос ко мне.
- Я, - говорю, - не разбираюсь в инонациональной красоте. - Не от шовинизма, а так уж вышло. Я не сплю с неграми, монголами и эскимосами, потому что не понимаю: какая суть проявлена на данной форме. Если мне объяснят суть - с удовольствием.
- Сдается мне, - говорит номер один, иностранка, - что в данном случае от нас не скроют суть.
- Девочки, а что это мы все про мужиков да про мужиков, - говорю я, - давайте переменим тему. Вот у меня проблема: мой А хочет жениться на москвичке.