Кай Мейтлэнд поинтересовался:
— А ты его любила?
Общаясь друг с другом, они еще ни разу не употребляли слово «любовь»; и Кай ни разу не произнес его, когда говорил с Эллой о своей жене.
Она ответила:
— Очень.
— Ты не хочешь выходить замуж?
Она сказала скромно:
— Каждая женщина хочет выйти замуж.
Кай фыркнул; а потом он обернулся и проницательно на нее посмотрел.
— Я не понимаю тебя, Элла, знаешь ты это? Я тебя совсем не понимаю. Но я понимаю, что ты из весьма независимой породы женщин.
— Ну, да, полагаю, это так и есть.
Он обнял ее и сказал:
— Элла, ты многому меня научила.
— Я рада. Надеюсь, уроки были приятными.
— Ну, да, среди них были и приятные.
— Я в восторге.
— Ты дразнишься?
— Совсем чуть-чуть.
— Ну и хорошо. Я не против. Знаешь, Элла, я сегодня упомянул твое имя в одном разговоре, и мне сказали, что ты написала книгу.
— Все пишут книги.
— Если бы я рассказал жене, что общался с настоящей писательницей, она бы этого просто не пережила, она без ума от культуры и всяких таких вещей.
— Но может, лучше ей не рассказывать об этом.
— А что если я прочту твою книгу?
— Но ты же не читаешь книг.
— Я умею читать, — сказал он добродушно. — А о чем она?
— Ну… дай-ка я подумаю. В ней немало озарений и проникновения в самую суть вещей, книга честная, и все такое прочее.
— Ты относишься к ней несерьезно?
— Конечно же, я отношусь к ней серьезно.
— О'кей. Тогда все в порядке. Ты же не собираешься уходить?
— Мне надо идти — мой сын проснется примерно через четыре часа, а в отличие от тебя я нуждаюсь в сне.
— О'кей. Я не забуду тебя, Элла. Интересно, а все-таки каково это — быть женатым на тебе.
— У меня такое чувство, что тебе бы это не очень понравилось.
Элла одевалась, Кай, раскинувшись, лежал на кровати, наблюдая за ней; он смотрел на нее проницательно, задумчиво.
— Ну, значит, мне бы это не понравилось, — сказал он и, потягиваясь, рассмеялся. — Скорее всего не понравилось бы.
— Да.
Расстались они очень тепло.
Домой Элла доехала на такси. Дома она тихонько поползла вверх по лестнице, стараясь не потревожить Джулию. Но у той из-под двери пробивалась полоска света, и Джулия ее окликнула:
— Элла?
— Да. Как Майкл?
— Ни разу не пискнул. Ну и как это было?
— Интересно, — сказала Элла, немного поразмыслив.
— Интересно?
Элла зашла в спальню Джулии. Джулия полулежала на груде подушек, она курила и читала. Она смотрела на Эллу изучающе и задумчиво.
Элла сказала:
— Он хороший человек.
— Вот и славно.
— А завтра утром меня настигнет тяжелейшая депрессия. Честно говоря, я уже чувствую ее приближение.
— Потому что он уезжает в Штаты?
— Нет.
— У тебя ужасный вид. В чем дело? Он был совсем плох в постели?
— Не очень хорош.
— Ну ладно, — сказала Джулия, терпеливо. — Выкуришь сигаретку?
— Нет. Я хочу заснуть до того, как депрессия поразит меня.
— Она тебя уже поразила. Почему ты ложишься в постель с мужчиной, который тебя не привлекает?
— Я не говорила, что он меня не привлекает. Все дело в том, что мне кажется бессмысленным ложиться в постель с кем-то, кроме Пола.
— Это пройдет.
— Да, конечно. Но понадобится очень много времени.
— Ты должна проявить стойкость и упорство, — сказала Джулия.
— Я так и сделаю, — ответила Элла. Она пожелала подруге спокойной ночи и пошла к себе.
15 сентября, 1954
Вчера вечером Майкл сказал (мы не виделись неделю): — Ну что же, Анна, итак, наша великая любовь идет к концу?
Как характерен для него этот знак вопроса в конце фразы: он сам завершает наши отношения, но говорит так, словно это делаю я. Я ответила, улыбаясь, но, помимо своей воли, иронично:
— Но это хотя бы была великая любовь?
Он на это:
— Ах, Анна, ты сочиняешь истории про жизнь и рассказываешь их самой себе, и ты не знаешь, что правда, а что нет.
— И что, у нас с тобою не было большой любви?
Когда я это говорила, у меня вдруг перехватило дыхание, и поневоле получилось умоляюще и жалобно; хотя я и не вкладывала в свои слова подобных чувств. Услышав его ответ, я вся похолодела и испытала ужасное смятение, как будто Майкл отказывал мне в праве на существование. Он произнес капризным тоном:
— Если ты скажешь, что была, то, значит, она была. А если скажешь, что нет, то нет.