С этими словами гудение возобновилось, и одна повозка бодро полетела прочь. Принц удивлённо хмыкнул, в очередной раз поражаясь прыти главного ученика, и направился к Йену.
Слуга возмущённо смотрел вслед умчавшемуся Каю.
– Ну что, пойдём? – устало обратился Никиас.
– Да как же мы без вещей-то пойдём, Ваше Высочество? Этот шустрила всё с собой увёз!
Принц пару раз моргнул, а потом рассмеялся, похлопывая Йена по спине и направляя его в сторону входа:
– Ничего страшного, потом принесём. Я мечтаю хоть немного полежать на кровати, а не на этих сидениях.
Спустя время, разобравшись с вещами и немного отдохнув, молодые люди вошли в гостевую столовую, где уже находилась шумная хмельная компания. Завидев количество бочонков, привезенное, судя по всему, главным учеником, Никиас чуть не присвистнул. Похоже, юноша заполнил весь салон алкоголем, иначе как объяснить пятиуровневую пирамидку, сложенную на широком круглом столе?
Заметив принца, Кай незамедлительно подхватил поднос с обещанным напитком и направился в сторону соученика:
– Ва-а-аше Высочество, а мы Вас заждались. Скорее-скорее, присаживайтесь, попробуйте. Не пожалеете!
Сорхо, проявляя чудеса гибкости и ловкости, тянул под локоть Никиаса к свободным местам одной рукой, второй – удерживал над головой посудину с расхваленным алкоголем, а также умудрялся быстро лавировать меж товарищей, мебели и пустых бочонков, поставленных на пол.
Принц с улыбкой принял две кружки, протянув одну Йену, присел за стол рядом с другими подвыпившими учениками и слегка повёл носом, привыкая к запаху алкоголя, исходящему от товарищей. Никиас не был ни ценителем, ни тем более любителем хмельных напитков, но, сделав глоток, определённо готов был увезти с собой парочку сосудов с этим пивом.
Весёлые пузырьки, как стайки активных маленьких утят, развлекающихся на глади воды, мягко скользнули вместе с напитком, напоминающим расплавленное золото, сначала по языку, одаривая его сладостью, а затем и по пищеводу, позднее принося послевкусие с лёгкой ноткой горчинки.
Кай, ожидавший реакции Его Высочества, заметил, что принцу пришлось по душе «здешнее достояние» и принялся щебетать:
– Его готовят из проса, ямса и ячменя. Ещё добавляют разных растений, причём, вроде и клубни, и траву. Не обманул я Вас? Вкусно ведь?
Принц согласно кивнул и отхлебнул ещё, в то время как Кай отвлёкся на кого-то и упорхнул в другой конец столовой. Оказывается, юношу вызвали на состязание по выпивке. Никиас немного поговорил с Йеном, но позднее стал прислушиваться к разговору соучеников, чтобы поскорее влиться в атмосферу. Вскоре он уловил чей-то смех.
– А помнишь, как эти дикари верещали, когда мертвецы убежали?
– Ха! Столько храбриться, расхаживать с гордым видом да мечом всем под нос тыкать, а на деле? Пугливые девки.
– Вот и я о том же! От воинов только слово и осталось.
– Ну-у, – вмешался третий, – сражаются-то они нормально, сам видел, другое дело, что пугливые до демонов[1].
– Кого там пугаться-то? Я тебя умоляю, тоже мне страх нашёлся какой. Есть трупак обычный. Бегает да разваливается иногда. И что?
– Вот-вот! А они поди и не видели такого никогда, не зря ж дикарями назвали, а?
– Что за дикари? – внезапно поинтересовался Никиас.
Не ожидавшие вопроса принца соученики чуть вздрогнули, но один из них резво заговорил:
– Ох, Ваше Высочество! Это ещё давно в ордене повелось. У каждой школы есть название.
– Или несколько, – подхватил другой. – Шуточные и, как Вы понимаете, неофициальные. Вы, верно, не слышали об этом.
– Дикари – это первая Школа Боевых искусств. Их ещё называют баранами, ха-ха. Какое из названий появилось раньше непонятно, но по-моему подходят оба. Все как на подбор упёртые, драчливые, задиристые грубияны.
Никиас был озадачен, но и заинтересован:
– И кто же придумал эти довольно обидные прозвища?
– Ох, этого мы не знаем, да и вряд ли кто-то действительно в курсе, – почесал затылок собеседник.
– Ваше Высочество, у меня идея, – из ниоткуда возник Кай.
Принц посмотрел на человека, с которым главный ученик состязался в выпивке и подивился – соперник отключился на столе, обнимая пустую кружку.