Луан Динэ: – Ой, не выделывайся, тебе повезло всего на пятнадцать минут.
Элио Динэ: – Эти пятнадцать минут стали решающими в твоей жизни, хех.
Луан Динэ: – Бе-бе-бе, зато когда появлюсь я, меня точно все запомнят!
Автор, подстраивающийся под амбиции своих же персонажей: – ~(>_<~).
Элио Динэ: – Если от этой мелочи у тебя разболелась голова, то могу посоветовать хороший успокаивающий чай.
Ахлис Энин: – Отдай мне, мне нужнее, я каждый день имею дело с дебилами.
Луан Динэ: – +.
Автор: – +.
Арани Моэ: – Кто-то сказал «чай»?
[1] Посуда с трещинами – её прототипом в данной книге является кинцуги – японское искусство реставрации битых керамических изделий. Философская основа кинцуги состоит в том, что несовершенства не заслуживают забвения, а изъяны, поломки и трещины – это всего лишь факт, неотъемлемая история объекта, которую нужно уметь принимать.
Глава 2. Эта грубиянка посмела унизить принца!
За дюжину дней до прихода осени царствовала чудесная погода. В то время, когда солнце только-только восходило над горизонтом, приятную прохладу разрежали лишь тёплые лучи, невесомо поглаживающие зелёные травинки у подножия гор. Вечно вольный ветер, резвясь меж скал и лесов, иногда приносил из тины ручейка сухой аромат, окрашенный оттенками йода. Но вот выше… в живописных и необъятных горах, пестрящих буйной растительностью, воздух был настолько чист и свеж, что когда Его Высочество Четырнадцатый принц Ники́ас Шими́а после длительного пребывания в оздоровительном, но оттого не менее возвышенном над миром месте спустился по ровным высеченным ступенькам вниз, то не смог сразу привыкнуть к иным ноткам, отличающимся большей плотностью. За его спиной остался Великий Орден Лунного дракона, тысячелетиями покоившийся на одноимённой горной цепи востока.
Молодой человек, с энтузиазмом преодолевший несчётное множество ступеней, тряхнул копной волнистых светлых волос, стянутых белой лентой в аккуратный хвост, и остановился, чтобы перевести дыхание. Сегодня принцу пришлось повозиться с одеждами: во-первых, потому что его слуга отправился вместе с другими адептами готовить всё необходимое к отбытию, а во-вторых, потому что на задание следовало нарядиться в форму школы. Обычно Его Высочество разгуливал в своих костюмах, привезённых из столицы, чаще всего тот облачался в белый или голубой, но сегодня… сегодня ему пришлось завернуться в несколько слоёв кроваво-алого шёлка. Нательный халат, затем нижний халат со своими тесёмочками, с которыми Никиас провозился добрые полчаса, затем средний халат, красиво расшитый по вороту, после – длинная юбка с широким поясом, дальше следовал верхний халат, с самой изысканной вышивкой, – и всё это надлежало перехватить ещё одним поясом потоньше! Боги, он чувствовал себя младенцем, которого запеленали заботливые мамушки! Такие наряды были чужды выходцу из западных земель, однако Никиас не мог не признать, насколько очарован изяществом восточных одежд. К тому же, в путешествии ему не стоило выделяться. Не хватало ещё пустить слух, будто сын императора, отринув столичных мастеров и ускакав через полконтинента на обучение, разгуливает наравне с простыми людьми! Никиаса тогда силком домой утащат и слова вставить не дадут!
Его Высочество огладил пару золотых колец, обнявших длинные бледные пальцы, и поспешил на поляну, с которой доносились ученические разговоры. Вскоре восторженному взору небесно-голубых глаз предстали люди в таких же одеяниях, только помимо красного летали с места на место ещё и серые – принадлежавшие Школе Труда. Они носили сундуки с одеждой, шкатулки с артефактами, мечи, зачехлённые в ножны, корзинки с провизией, даже небольшие бочки с водой. Торопливые перемещения адептов контролировались высоким юношей в алом. Заложив руки за спину, по которой блестящим мягким водопадом стелились иссиня-чёрные прямые волосы, только на затылке собранные в миниатюрный пучок, он лёгкими движениями переплывал от одного ученика к другому, отдавая распоряжения спокойным и доброжелательным тоном. Его Высочеству даже не потребовалось приглядываться, чтобы опознать в этом юноше Кая Со́рхо – главного ученика Школы Тёмных искусств. Столько энергии и дипломатичности, собранных в одном человеке, ещё поискать нужно! Это точно Кай! Кто ещё может в шестой раз объяснять одно и то же, даже не поведя в раздражении бровью?