– Ваше Высочество! – до слуха Никиаса донёсся полный ужаса вопль Кая, непонятно как оказавшегося на берегу. – Бегите!
Не успел принц понять в чём дело и толком рассмотреть, к чему привела его атака, как перед ним вырос демон. Его глаза пылали гневом, весь он казался сотканным из злобы. Виновник деревенских смертей вцепился рукой в горло Никиаса и зашипел:
– Мальчиш-ш-шка, ты знаешь, как долго я растил это тело? Как ты посмел его уничтожить?!
Его Высочество попытался дёрнуться, но хватка была мёртвой, пальцы трупа больно впивались в белую кожу, лишали воздуха.
Другие адепты подались в сторону принца, однако могущественный противник отбросил их к берегу лёгким движением руки.
– Ники-и-иас… – вдруг изменился в настроении противник, довольно потягивая слова и пристально разглядывая молодого человека, – Никиас, Никиас, заплатишь мне своим телом? Ха-ха-ха…
Зрачки в небесно-голубых глазах расширились, сердце застучало с неистовой скоростью. Демон высвободил своё сознание и нырнул в открытый для него сосуд.
Никиас тут же ушёл под воду…
Его всего скрутило от боли. Голова разрывалась на части. Он слышал, как кто-то смеялся внутри него, слышал чужие эмоции, слышал… слышал…
Никиас схватился за уши, однако ему пришлось охнуть, из-за чего весь воздух вышел из лёгких. Кто-то будто всаживал ему в грудную клетку копьё и проворачивал, проворачивал, проворачивал. Чтобы всё внутри переломалось и стёрлось в труху.
Рядом тонуло мёртвое тело, камнем падая на дно, а ещё живое, горячее – скручивалось в муке.
Боль в груди была нестерпимая.
Никиас был уверен, что он плакал, но вода уносила солёные следы агонии с собой.
Никиас захлёбывался…
Он тонул…
Он…
Он был уверен, что не переживёт эту боль.
В сплетении водорослей и волн ему привиделся лик матери.
«Мама… мама, прости, что не послушал! Прости-прости-прости-прости, мне не нужно было сюда ехать, не нужно было уезжать, мама, я так скучаю, я очень хочу домой, мама, правда, мне очень больно, очень больно, мама, мамочка…».
«Забавный ты, малец. Сходим мы к твоей мамке, даже разрешу с ней потискаться, если будешь послушным».
Виски пульсировали, всё тело горело, душа рвалась на части.
А демон выжидал…
Он захватывал это тело, подчинял разум и душу, подавлял волю, присваивал энергию.
А теперь он ждал, когда мальчишка сам захлопнет над своим сознанием крышку гроба.
Долго ждать не пришлось, этот маменькин сынок просто отрубился.
Демон на это оскалился. Пошевелился в новом теле, сделал оборот в чистой воде, рассмотрел руки и поплыл выше, к поверхности. Стоило только светлой макушке высунутся из воды, как демона в обличье принца тут же потянули в несколько рук на берег.
Он для приличия закашлялся, словно ему было дело до воды в лёгких, а остальные и бросились доверчиво укрывать псевдотоварища какими-то тряпками.
– Ваше Высочество, где демон? – спросил один дурак напротив.
– Это Ваше кольцо помогло разрушить стену? – спросил второй дурак справа.
Демон глянул на это кольцо и ухмыльнулся. Он направил мощь человеческого артефакта прямо на заговорившего идиота, усевшегося у него под боком.
Мальчишку быстро сбил какой-то шустрый юнец, однако башка у тупоголового человека была теперь частично лысая и воняла гарью. Демона это развеселило. Теперь он решил развлечься с нежданным спасителем.
– А-ах, какая встреча, – разглядев лицо, протянул чужак. – Узнаю тебя, мелкий некромант. Я не очень люблю, когда мне в лоб втыкают всякую дрянь. Это неприятно, знаешь ли.
Кай выпрямился и загородил собой учеников, бесстрашно глядя в глаза противнику:
– Могу Вас уверить, неуважаемый демон, что моему другу тоже неприятно, когда всякая дрянь к нему в соседи навязывается. Может, переедете? Давайте подыщем Вам новый домик? Обещаю принести вместительную ракушку.
– Благодарю, мне очень комфортно в живом теле. Ещё ни разу не пробовал… непривычно иметь такую горячую форму.
Он лениво потянулся, привыкая к обличию.