— Вы рыбой удобряете огороды?
— Конечно, — подтвердил тот, — навоза взять негде и по весне закапывают рыбу в землю, она перепревает в перегной и получается удобрение, Витька обернулся и взглянул на мыс Красный.
— Плывут долгожданные.
Из-за далекого мыса появился БМК, тащивший кунгас. На его палубе мельтешили разноцветные фигурки. Над бухтой разносился отдаленный стук мотора. Артельщики, маявшиеся на берегу, загоготали и выстрелили из дробовика.
БМК с кунгасом не спеша пересекали бухту Веселая.
— Нарочно Герц, сволочь, издевается над нами, плывет потихоньку, власть показывает, — сплюнул в сердцах дядя Толя. Мужикам от нетерпения не стоялось на месте. Они нервно прохаживались по галечному берегу, взбирались на холмик и глядели на кунгас, приставив ладони ко лбу.
— Митрич, уважь народ, выставь пару бутылок, чтобы душа свернулась и развернулась! Герц из нас кровь выпил.
Старшой устал протестовать, он залез в палатку и подал две поллитровки. Артельщики дернули по стакану, закусили «рукавом», задымили «Звездочкой», к закуске они не притронулись.
Полная вода не достигла пика, из-за осадки БМК не подвел кунгас к берегу, они встали на якорь метрах в тридцати от косы. От кунгаса неслись заливистые звуки «двухрядки», на палубе хороводили несколько размалеванных молодух в ярких сарафанах, крепдешиновых юбках, на головах кокошники.
— Умереть — не жить! — охнул один из артельщиков.
Пьяненький артельщик Герц сидел на манер монгольского богдыхана под брезентовым навесом, пряча от солнца лысый череп.
Гармонист-виртуоз закончил играть, подвыпившие бабы сгрудились у борта, призывно махали платочками и кричали:
— Пошто томите, мужички! Разве мы вам не по нраву! Пущай Герц, черт старый, везет нас обратно, другие кавалеры сыщутся, мужики застонали от отчаяния.
— Кавалеры, едри вашу в корень! — дребезжащим голоском завопил Герц. — Чего растерялись, олухи царя небесного. Езжайте на шлюпке, бредите к кунгасу и перенесите девок на берег. Смотрите, лежебоки, я толику погожу и поверну оглобли вспять.
Двое артельщиков кинулись к шлюпке, до которой вода не дошла. Четверо переглянулись и начали снимать сапоги, скинули пиджаки и брюки. Оставшись в исподнем (трусов у них не водилось), они не мешкая побрели к барже. Вода доходила мужикам до пояса. Молодухи не обращали внимания, что их ухажеры в кальсонах.
Артельщики подхватывали притворно визжащих, смеющихся женщин и несли на руках к косе. Двое мужиков бросили возню с шлюпкой и сбросили портки. Каждый желал перенести молодуху на берег. Старшой бережно принял в объятья музыканта-виртуоза и инструмент.
— Гармонику береги! — воскликнул гармонист.
— Все будет в ажуре, — успокаивал его артельщик. По второму заходу к костру вынесли кастрюли, ведра, тазы с закусками. На кунгасе остались шкипер и артельщик Герц.
— Меня снимите! — взмолился он, — черти окаянные, ничто не слышите! — Работяги не реагировали на вопли. Они сбегали в палатку, сменили нижнее белье, вернулись и разгоревшимися от страсти глазами следили за веселым, разноцветным хороводом. Молодухи приплясывали и вертели, махали над головами платочками.
«Мы приехали сюда на хреновом катере. Катер наш перевернулся, к чертовой матери!» — Гармонист, присев на валун, изо всей мочи раздвигал меха.
Мужики не устояли на месте и пустились вприсядку. Земля тряслась от дробного стука хромовых сапог, им вторил перестук лакированных, зашнурованных сапожек. Артельщики оказались неплохими танцорами. Виртуоз грянул кадриль. Кавалеры подхватили барышень и понеслись по кругу.
Прилив подгонял БМК и кунгас к берегу. Старшой внял мольбам старика и перенес его на косу. Герц махнул гармонисту, тот прервал мелодию. Запыхавшиеся пары остановились и с недоумением глядели на распорядителя торжества.
— Девки, танцы-манцы потом. Мужиков жажда мучит, и вам перекусить пора, накрывайте на стол.
Гулянка набирала обороты.
БМК встал вплотную к берегу, с него окликнули мальчика:
— Сережка, как ты сюда попал!
На палубе большого морского катера стоял сосед Фрол Акимыч. Мальчишка объяснил цель приезда, показал поклажу.
— Грузите мешки на катер, — скомандовал старый капитан.
— Здесь сегодня делать нечего. Твою лодку мы отбуксируем к поселку, — сказал он Витьке, — сами пойдем на рыбозавод. Федя и Тима приедут на мотоцикле и заберут груз.
Пацаны погрузили мешки с горбушей, крабами, ракушкой и сели на катер. На косе наяривала гармошка и горланили голоса баб.