— Покупать удобрения в магазине нам, пенсионерам, не по карману, вот и приспосабливаемся всяк по-своему.
— Я помогу вам.
Степка докатил тележку до дороги и вернулся к стаду.
Идея пришла в голову мальчика вечером, когда развозили молоко. Он вкратце объяснил задумку дяде Леше.
— Спешите делать добро! — ни к селу, ни к городу изрек тот. Пацан ничего не понял и спросил:
— Не въезжаю в тему, зачем вы это сказали?
— Не я, умные люди сказали это тысячу лет назад.
Назавтра, выкроив полчаса, Степка сбегал к огородику старушки. Две сотки песчаной почвы были разделены мелиоративной канавкой. Картофель аккуратно прополот и окучен — приближалась пора цветения. Степка потрогал ветхие столбики ограды и огляделся. Вокруг сотни невозделанных, брошенных огородов. Потревоженная земля, с которой содрали защитный покров — торф и растительность, зализывала раны сорняками. Десяток лет назад люди рьяно распахали окрестные сопки под огороды, затем ретивость схлынула, и землю забросили. Человек испохабил ее и отшвырнул, как окурок (выкуренную сигарету).
Вечером, перед дойкой, Степка и дядя Леша набрали двадцать мешков навоза и погрузили в маленький трактор «туки-туки».
— Тонна с лишним, — прикинул дядя Леша, — в каждом мешке не менее шестидесяти килограммов. Откроешь борт и скинешь.
Подъехав к жалкой кучке навоза, которую собрала и заботливо укрыла травой старушка, мальчик улыбнулся: «Спешите делать добро!» — ушлые были в древности мудрецы. Прямо в точку.
Он выгрузил и стащил в кучу тяжеленные мешки, постоял, представляя изумленную физиономию старенькой владелицы огорода, и запрыгнул на сиденье трактора. При резко отжатом сцеплении коробка передач заскрежетала и Т-16 застрекотал к ферме.
…Вжииик! Легкое вращательное движение острого, как бритва, ножа, и жабры летят в ванну с отходами. Вжииик! Тушка рыбины распорота до хвоста. Ястыки с икрой уложены в эмалированный таз, внутренности — к отходам.
Вжииик! Столовая ложка выскребает становую жилу кеты и пятикилограммовая тушка грузно шлепается в чан с водой.
Степка досконально знает, что кету промоют и на носилках вынесут во двор, отгороженный от улицы глухим, трехметровым забором. Хозяева усадьбы не любят посторонних глаз. Затем рыбу уложат в брезентовые чаны и засыплют солью.
Чаны подвешены на деревянных каркасах, врытых в землю. После того, как чан наполнят, его раскрепят щитом с грузом-гнетом. Процесс посола закончен, через несколько недель лосось созреет и превратится в готовую продукцию. Зимой хозяева продадут рыбу оптовикам и станут готовиться к следующей путине.
Идет пора рыбалки, заготовки рыбы и икры. Отец Степки подходит к заготовке лосося по-хозяйски расчетливо. Ему не с руки обзаводиться снастями, экипировкой, лодками, выбивать уловистый участок, платить за лицензию. Проще отдать знакомому рыбаку сына и брата на десяток дней в рыбообработчики. За их труд хозяин сочтется рыбой и икрой.
Николай Владимыч завез сына и брата на Олу, поселок на побережье. «Ойла» на языке орочей-эвенов «много рыбы» и действительно рыбы здесь невпроворот.
— Нет в тебе, Коля, поэзии, романтики рыбалки, — шутливо укоряет младший брат старшего, — посидеть на зорьке с удочкой, заварить ухи на костерке, выпить стаканчик…
— Баловство, — не желает ввязываться в дискуссию Николай Владимыч, — день год кормит.
Раннее утро. Рыбообработчики смертельно устали и всех морит сон. Куча кеты-сырца убывает медленно. Не помогает даже крепчайший чай. Еще усилие — и можно отправляться на боковую. Завтра ночью кету не привезут. Понедельник — «проходной день» для лососей, рыбалка запрещена повсеместно. В понедельник лосось свободно поднимается к верховьям реки и нерестится — откладывает икру для выведения потомства. Хозяин и его подручные не хотят обострять отношения с рыбинспекцией, поэтому понедельник — выходной для всех.
В обед племянника расталкивает дядя Леша.
— Ночь впереди. Пообедаем и сходим на реку.
Верно. Неделя пролетела одним днем. Каторжная работа ночами, тяжелое забытье днем. Он не видел хода кеты, не поймал ни одного лосося. Сотни и сотни рыбин «нашкерил» мальчишка, десятки килограммов икры «напопрол», но рыбины пойманы другими.
Давно не было дождей, и Ола значительно обмелела. Мальчик и дядя Леша спускаются вниз по реке к ее устью. На галечных отмелях, откосах Олы мириады рыбьих скелетов. Лосось — особая рыба. Вылупившиеся из икринок мальки следующей весной уйдут в море, потом затеряются в просторах Тихого океана. Они вырастут вдали от родных рек, станут взрослыми, зрелыми особями и вернутся на исконные нерестилища. Отметав икру, щедро полив ее молоками, они дадут жизнь следующему потомству и погибнут. Старое уходит и дает дорогу новой жизни.