- Пополним наши запасы воды, - сказал профессор Лонгворт, - и пойдем по течению. Думаю, это самое лучшее. У меня есть предположение, что мы окажемся в большом каньоне. Эта речка, должно быть, впадает в Колорадо и оказывается, в конечном итоге, в Гранд Каньоне. О Гранд Каньоне слышал весь мир, но к западу и юго-западу от него имеется множество других, глубоких и красивых каньонов. И десятки других, которые также выходят к Колорадо.
Они пополнили запасы воды и устроили длительный отдых. После чего отправились через огромное вулканическое плато, хотя местные вулканы, образовавшие его, спали уже целую вечность. Вскоре лес остался позади. Почва была грубая и каменистая, солнце припекало вовсю. Время от времени они делали по глотку воды, но жара была настолько сильна, что спустя пять минут они снова чувствовали жажду.
Но ни жара, ни жажда не могли ослабить энтузиазм Лонгворта. Он с интересом осматривал окружающую его местность, огромную и казавшуюся мертвой.
- Возможно, больше нигде в мире нельзя так хорошо увидеть мир на всех этапах его создания, - сказал он. - Здесь мы видим, слой за слоем, молодость, зрелость и угасание. Обратил ли ты внимание, Чарльз, что плато начинает повышаться?
- Угу. Я обнаружил это несколькими способами. Во-первых, я вижу это собственными глазами, а во-вторых, чувствую напряжение мышц. Кроме того, профессор, мне жарко - ужасно жарко.
- Тебе наверняка будет еще жарче, - весело произнес профессор Лонгворт. - Река, которую мы оставили, Чарли, где-то справа от нас. Приблизительно через милю, мы достигнем края плато, и там снова повернем к реке.
Это была очень длинная миля, с твердой, потрескавшейся лавой под ногами и свирепым солнцем над головой, но они одолели ее, а потом повернули вправо и шли, пока не достигли речки. Здесь они легли на край скалы и смотрели в пропасть. Маленькая речка, в течение многих столетий, пробила себе дорогу сквозь камень, на пути к Колорадо, и теперь глазам их предстало зрелище, величественное и страшное. Они видели тонкую водяную нить, протянувшуюся на тысячи фунтов. С обеих ее сторон вздымались скалы, красные и желтые, в зависимости от того, под каким углом падали на них солнечные лучи, под влиянием ветров и дождей приобретших удивительные формы. В глубину пропасть была не более двухсот футов, но наверху, расстояние от одного ее края до другого составляло целую тысячу. Профессор Лонгворт более часа взирал на водопад сквозь свой бинокль.
- Замечательно! Восхитительно! - сказал он. - Ах, мальчик мой, подумай о том, на что способны терпение и труд. Только взгляни, какое русло пробила маленькая речка в камне за несколько миллионов лет! Какой урок для нас! Как жаль, Чарли, что я не могу прожить тысячу лет. За тысячу лет я хоть чему-нибудь смог бы научиться. Я изучал бы землю и человека. Но, поскольку у меня нет этой тысячи, я постараюсь сделать как можно больше за те семьдесят или восемьдесят, которые мне отведены.
Чарльзу также было интересно, энтузиазм профессора оказался заразительным. Ему очень хотелось узнать как можно больше тайн окружавшего их мира.
- Профессор, - сказал он, - плато, кажется, опускается. А вдали я вижу горы.
- Я тоже, - сказал Лонгворт, вглядываясь сквозь бинокль. - Они от нас не менее чем в сорока милях, - добавил он, - и кажутся голыми. Но мы будем продолжать наш путь, пока не доберемся до них.
- Полагаю, нам нужно вернуться в один из боковых каньонов, - сказал Чарльз, - и оставаться там до ночи; а когда наступит ночная прохлада, идти дальше.
- Хорошая идея, - согласился Лонгворт. - В этих боковых каньонах всегда можно отыскать какое-нибудь прохладное местечко.
Они направились от реки к горе слева, и обнаружили один из боковых каньонов. В нем было жарче, чем на плато, но когда они достигли его конца, то обнаружил пещеру, высеченную в камне. Чарльз был удивлен, как далеко она простирается, и как в ней прохладно.
- Наши друзья, жившие на скалах, побывали здесь, - сказал Лонгворт, - хотя, вероятно, также ушли отсюда несколько столетий назад. Наверное, мы найдем такие жилища в каждом каньоне. Но нам вполне достаточно одного. Здесь прохладно, так что мы можем замечательно отдохнуть.
Они уснули, в тени, пока не наступила ночь, а затем продолжили путь, отдохнувшие и набравшиеся сил. Они шли всю ночь; на рассвете приготовили стейки из медвежатины, нашли еще один скальный дом в каньоне, и оставались в нем в течение дня, большую часть времени посвятив сну. Еще до рассвета следующего утра, они достигли конца равнины и оказались в пустынных, неприветливых горах. Однако им посчастливилось отыскать источник, с прохладной, свежей водой, и они устроили себе здесь отдых, посреди чахлых пиний.
Они не возобновляли своих исследований до позднего вечера; а когда снова занялись ими, то обнаружили, что речка течет между пустынными берегами, образуемыми черным базальтом. Казалось, уровень ее несколько понизился из-за испарений; им удалось найти спуск к ней, и они пополнили свои запасы.
В свой бинокль профессор рассмотрел впереди долину, достичь которой они рассчитывали на следующий день.
- Она кажется бесплодной, за исключением маленьких островков зелени, - сказал он, - но там обязательно будет вода, поскольку наша речка через нее протекает. Я вижу зелень в некоторых местах, но, должен сказать, в целом она явно уступает долине, какую мы только что оставили.
В тот день Чарльз добыл самца оленя и молодую козу, так что мясом они были обеспечены. Взяв лучшие куски с собой, они отправились в долину со скудной растительностью, окруженную высокими скалами.
- Жители скал также здесь были, - сказал профессор Лонгворт, от острого взгляда которого ничто не ускользало. - Взгляни, они построили оросительные каналы на бесплодных склонах, там, где это было возможно. Вон остатки небольшой плотины, которая не могла обслуживать более двадцати квадратных футов земли, а вон еще одна плотина, почти такая же.
Они обнаружили скалу, выглядевшую подобно огромному улью. Жители проделали в ней бесчисленные пещеры; они не были протяженными, но вполне пригодными для жилья. Они потратили некоторое время на их изучение, и обнаружили, что большая часть покрыта сажей. В стенах имелись ниши для хранения инструментов или оружия. Имелось также много фрагментов керамики.