- Мне кажется, это правда, - сказал Герберт, будучи неисправимым романтиком.
Разговор прекратился. Было слишком жарко, они очень устали и пропылились; им совершенно не хотелось тратить силы на разговоры.
- Может быть, наши пустыни не такие большие, как в Африке, Азии и Австралии, - сказал Джедедайя Симпсон, - но они вполне достаточного размера, чтобы причинить кучу неприятностей. Видите вон того стервятника? Он наверняка полагает меня своей будущей добычей, и это меня сильно беспокоит.
- Ты ему не достанешься, Джедедайя, - успокоил его профессор. - Мы не отдадим тебя; ты нам еще очень нужен.
- Надеюсь, что так, - отозвался Джед и добавил: - Ну, что тут у нас происходит?
Он указал на далекий песчаный холм на горизонте, где виднелись две темные фигуры.
- Возможно, это мираж, - сказал он, - а может быть, я вижу песчинки, попавшие мне в глаз, но в любом случае, это любопытно и интересно.
Профессор взглянул туда, куда указывал палец Джеда, и пришел в необычайное волнение.
- Животные! - воскликнул он. - И большие! Это не могут быть бизоны, потому что они вымерли, за исключением немногих, сохранившихся в горах. Лоси и олени не бродят по этим песчаным равнинам; они слишком велики, чтобы быть антилопами. Исчерпав все возможные объяснения, я делаю единственно возможный вывод, и надеюсь, он окажется истинным. Джед, немедленно мой полевой бинокль!
Джед немедленно подал ему мощный бинокль, и профессор долго всматривался вдаль. После чего несколько раз подпрыгнул от радости.
- Я прав! Я прав! - воскликнул он. - Это верблюды, пара верблюдов, возможно, единственные выжившие потомки привезенных Джефферсоном Дэвисом. Какое необычное открытие! Мне необходимо сообщить о нем Географическому и Зоологическому обществам. Я вижу их отчетливо: копыта, тела, головы, хвосты, а также то, что это самец и самка. Значит, некоторым все-таки удалось выжить. Какой переполох поднимется в научном сообществе, когда я выступлю с докладом. Но мне нужны надежные свидетели. Чарльз, возьми бинокль и взгляни!
Чарльз отчетливо видел верблюдов. Эти необычные формы нельзя было спутать ни с какими другими. Они стояли рядом, неподвижно, глядя на пустыню. Чарльз задавался вопросом, ощущают они себя последними выжившими, или знают, что у них есть братья, живущие на других континентах.
Герберт и Джед также долго рассмативали животных, и теперь у профессора имелось трое свидетелей, на тот случай, если кто-нибудь из ученого сообщества решит оспорить его слова.
- Хотелось бы мне понаблюдать за ними, или даже поймать, - сказал профессор. - Можно было бы обнаружить изменения в их развитии, под влиянием нового климата и условий. Это очень важный вопрос: могли ли произойти такие изменения по сравнению с их предками? Но нам нужно продолжать путь. Золото требует повышенного внимания.
- Да, мы должны вернуть обществу испанское золото, - согласился Чарльз.
- Испанским оно было когда-то, - сказал профессор Лонгворт, - но лучшее название для него сейчас - золото апачей. Это с апачами мы должны бороться за него, и если бы апачи не заставили двух мальчиков искать спасения в каньоне, а затем в скальной деревне, оно, вероятно, никогда бы не было найдено.
- Это справедливо. Это - золото апачей, и нам следует называть его именно так, - согласились его товарищи.
И с этого времени, они говорили о нем, только как о золоте апачей.
Профессор, бросив еще один взгляд на верблюдов, глубоко вздохнул, и дал себе слово, вернуться сюда. Они продолжили путь по песку, но все время оглядывались; верблюды неподвижно стояли на холме, пока не исчезли из поля зрения.
Было далеко за полдень, мальчикам казалось, что сейчас жара сильнее, чем когда-либо прежде. Солнце, по-видимому, зависло прямо над ними, в миле-двух, и обжигало их. То тут, то там, возникали "пыльные дьяволы", и быстро двигались по пустыне. Песок, попадавший им на кожу, был горячим, словно угли. Мальчики с тоской смотрели на мешки с водой. Животные тяжело дышали и стали беспокойными.
Профессор, шедший во главе маленького отряда, после полудня ослабел; местность изменилась, он осматривал ее проницательными глазами за большими стеклами очков. Холмы здесь были выше, но, подобно всем прочим в этой местности, голые и безжизненные.
- До наступления темноты осталось часа три, - сказал он. - Но мы остановимся здесь и пополним запасы пресной воды.
- Пополним запасы пресной воды! - воскликнул Чарльз. - Ее нет, по крайней мере, в радиусе двадцати миль от нас!
- Думаю, в радиусе миллиона миль, - отозвался Джед.
- Как я уже сказал, мы остановимся здесь и пополним наши запасы пресной воды, - спокойно повторил профессор. - Она не в двадцати милях отсюда, и ее много. Поможете ли вы мне как можно быстрее разгрузить наших животных? У них был длинный переход по жаре, им требуется отдых.
Профессор говорил решительно, и никто из них не подумал усомниться в его словах. Мешки, в том числе с золотом, были сняты. Из вещей достали две кирки и две лопаты.
- Идите за мной, - сказал он.
Он привел их в углубление между двумя холмами, такое же голове и сухое, как и сами холмы.
- Начинай копать, Джед, - сказал он, указывая на центр углубления.
Джед, не говоря ни слова, принялся копать, - его вера профессору была абсолютной, - оба мальчика ему помогали изо всех сил. Они быстро выбрасывали песок и грязь, копая яму так, чтобы ее стенки не обрушивались, и, когда прошли около десяти футов, Чарльз внезапно почувствовал, что его ноги намокли.
- Здесь и в самом деле есть вода! - воскликнул он.
- Разумется, - спокойно ответил профессор. - А ты как думал, почему мы здесь копаем?
Они еще некоторое время выбрасывали грязь и песок, когда появилась вода, довольно прохладная и чистая. Они прекратили свой труд и вылезли, причем Джед бормотал, пока выбирался из ямы:
- Он величайший человек в мире. Это бесспорно. Он смотрит вниз, на песок, и там, повинуясь его призыву, появляется вода.