- Все очень просто, - сказал профессор Лонгворт. - Для объяснения всего существует наука. Человек не может создать что-то из ничего. Но он может обнаружить то, что существовало всегда, и, время от времени, объединяя, он создает нечто новое, или, по крайней мере, то, чего не видел прежде. Наши изобретения, на самом деле, именно такие объединения. То, что мы нашли воду, явилось результатом простого наблюдения. Все пустыни содержат много воды, хотя она скрыта под песком. Я заметил, что мы выходим на низину, несмотря на обилие холмов. Это место показалось мне самым низким в этой местности, и, естественно, подземные воды собираются здесь. Как только мы прокопали достаточно глубоко, вода начала выступать и просачиваться в изобилии. Это просто детская забава, если у вас есть нужные инструменты. Многие умерли от жажды, хотя, чтобы добраться до воды, им потребовалось бы не более часа.
- Мы живем и учимся, - сказал Чарльз.
- Учимся, - сказал профессор с ударением. - Потому что даже самый мудрый из людей все равно остается младенцем, когда речь заходит о знаниях. Ах, если бы я только мог хоть ненадолго увидеть, что будут знать люди через десять тысяч лет!
Они наполнили водой свои мешки и напоили лошадей и мулов. Ночевали они возле вырытой ямы, и пустились в путь на рассвете, освеженные и отдохнувшие. Мальчики и Джед теперь обрели уверенность, что, если не смогут найти воду в пустыне среди песка, они наверняка отыщут ее под ним.
Их путешествие в тот день привело их в менее унылую местность. Здесь в изобилии росли гигантские кактусы, время от времени встречались небольшие болотца, поросшие травой. Но вода была слишком горькой, чтобы ее можно было пить, и, попробовав ее, Джедедайя Симпсон сплюнул с отвращением.
- Мне кажется, - сказал он, - что соленой воде самое место в океане. Ее там вполне достаточно, и нет необходимости ей появляться на суше, где нужна чистая пресная воды.
Вечером они разбили лагерь на песчаном холме, и Герберт решил немного пройтись, чтобы осмотреться. Он пошел вокруг песчаного холма, так что ни товарищей, ни животных ему видно не было, и в слабом свете надвигающихся сумерек увидел красивое озеро, окруженное зеленой травой и деревьями, с самой чистой, серебристой водой, какую ему когда-либо приходилось видеть, - самую приятную картину для глаза, утомленного ежедневным зрелищем горячего песка.
Герберт прекрасно знал, что это мираж, но ему было приятно смотреть на это мистическое зрелище, пока оно не исчезло. Оно держалось не более трех минут, а затем развеялось. Снова показались пески и кактусы, а кроме того, болото, с казавшимися ядовитыми испарениями.
Герберт задался вопросом, не может ли это болото стать исключением, и содержать пресную воду вместо соленой. Окрыленный надеждой, он быстро направился к нему, но оно оказалось дальше, чем он ожидал. Мальчик прошел по песку с четверть мили, прежде чем оказался у его края, а когда сделал шаг вперед, то вдруг почувствовал, как его ноги погружаются. Он попытался выбраться, но вместо этого увязал еще глубже.
И только после нескольких бесплодных попыток покинуть это место, с виду похожее на болото, Герберт понял, что с ним случилось. Он оказался в зыбучих песках, и чем больше боролся, тем глубже погружался. Он не боялся, пока не погрузился до колен. А затем ужас льдом сковал его сердце. По пустыне разливались сумерки. Кроваво-красная полоса на западе отмечала место, где скрылось солнце. Восток уже был объят тьмой, начинал постанывать ночной ветер пустыни. Его товарищи остались на холме, а страшный песок неумолимо втягивал его, словно под ним притаился какой-то подземный монстр, стремившийся пожрать его целиком.
Мальчик на какое-то время оказался словно бы парализованным внезапной опасностью и не подумал позвать на помощь. Но как только он полностью осознал случившееся, он закричал так, как не кричал никогда в жизни. Он закричал, как кричит белый человек, а затем - подражая крику индейцев. И ничего не услышал в ответ.
Он провалился почти до бедер и чувствовал себя, словно зажатым в тиски. Последняя ярко-красная полоска на западе исчезла, с востока быстро надвигалась тьма. Ему предстоит умереть ночью, в одиночестве, ужасной смертью. У него выступил холодный пот. И он снова, в отчаянии, громко и пронзительно закричал.
В сумерках он смутно увидел фигуру, показавшуюся на песчаном холме, и у него появилась было надежда; фигура снова исчезла, а вслед за ней - надежда. Кто-то из его товарищей услышал, но, возможно, посчитав это обманом слуха, вернулся к остальным.
Мальчик не смог сдержать стон, и в этот момент надежда, казалось, умершая навсегда, вновь подала признаки жизни. На холме снова появилась смутно различимая фигура и бегом направилась к нему. Герберт стал кричать, не переставая. Фигура не исчезала, она быстро приближалась, но успеет ли она? Возможно ли ей успеть? Способно ли что-нибудь помочь ему освободиться от этой ужасной хватки?
Сумерки сгущались, но Герберт смог рассмотреть, что приближающаяся к нему бегом фигура - это профессор, державший в руке нечто странное; время от времени он размахивал тем, что держал в руках, над головой.
Профессор подбежал к краю болота и остановился примерно в двадцати футах от Герберта. Мальчика снова охватило отчаяние. Профессор не мог добраться до него!
- Подними руки! - крикнул профессор Лонгворт. Герберт повиновался и поднял руки над головой.
Профессор отвел правую руку назад, а затем резко выбросил вперед. Что-то черное, распрямляясь, прошелестело в воздухе. Петля, скользнув по рукам и телу Герберта, упала на песок.
- А теперь опусти руки! - скомандовал профессор.
Герберт снова подчинился, и почувствовал, как лассо сжимается вокруг его талии. Профессор, маленький человек, сделанный, казалось, из стали, уперся ногами в песок и изо всей силы потащил его. Мальчик перестал погружаться, но подземный дракон по-прежнему крепко удерживал его. Ему показалось, что его вот-вот разорвет на две половины, но, к счастью, это ему только показалось.
Из темноты показалась еще одна фигура, и также ухватила лассо; и когда силы тащивших удвоились, дракон разжал челюсти, Герберт медленно высвободился из них и, в конце концов, оказался на твердой поверхности. Здесь он потерял сознание.
Профессор Лонгворт осторожно поднял мальчика и влил ему между зубов виски из маленькой фляжки, которую всегда носил с собой.