Глава 23
Каси
Телефон зазвонил, когда я ждал, пока сварится мой утренний кофе. Я поспешил ответить до второго гудка, не желая будить Спенсера или Илсу так рано в субботу.
— Алло?
— Привет, Каси. Это Марти. Просто хотел сообщить тебе, что грузовик Блубёрда готов. Закончил вчера вечером.
— Спасибо. Мы заедем за ним позже.
Ради Илсы я был рад. Ради себя? Этого звонка я ждал несколько дней.
Сколько времени ей потребуется, чтобы сесть в свой «Форд Рейнджер» и уехать из Далтона? Оставить меня?
— Отлично, — сказал он. — Я буду здесь примерно до четырех. Эй, ты выяснил, кто это сделал?
— Марти, я ничего не могу тебе рассказать об этом деле.
— Конечно, конечно, конечно. Понял. Извини, я просто проявлял любопытство.
Марти и все остальные в Далтоне.
Не потребовалось много времени, чтобы распространились слухи о вандализме или допросе, который я устроил в школе на этой неделе. Люди уже строили догадки и показывали пальцем.
Может быть, кто-нибудь сможет указать мне правильное направление, потому что я застрял.
— До встречи, — сказал я и повесил трубку, когда кофейник забулькал.
Посмотрев в окно у мойки, я увидел двор, покрытый свежим снегом. За последние несколько дней выпало еще три дюйма, и каждое утро я вставал пораньше, чтобы расчистить подъездную дорожку и тротуары.
Это была долгая, дерьмовая неделя, и я винил в этом Троя.
Его визит испортил все, в том числе и мое личное пространство.
Я не хотел подслушивать. Когда Илса вышла из моей комнаты, чтобы поговорить с ним, я заставил себя оставить их наедине. Я лежал на кровати, уставившись в потолок и так сильно скрипя зубами, что у меня разболелась голова.
Только когда Трой начал шуметь, когда Илса велела ему замолчать, я встал с кровати. И выйдя в коридор, я услышал, как она сказала ему, что уедет из Далтона.
С таким же успехом она могла бы повалить меня на колени.
Все это время я думал, что она останется. Что она разобрала хижину Айка, чтобы жить там. Но нет, она уедет.
А я не хотел, чтобы меня бросила другая женщина.
Я не хотел, чтобы Спенсер видел, как уходит тот, кто ему дорог. Мое сердце не выдержит горя от того, что я влюбился в женщину, которая недолго прожила в этом городе.
Жаль, что было уже слишком поздно.
И что теперь? Что мы будем делать дальше?
Нам с Илсой нужно было поговорить. Вот только она избегала меня, запершись в гостевой спальне, как будто пол за дверью был сделан из лавы.
В среду мы вернулись домой после игры Спенсера, и она уже спала.
В четверг я планировал уйти из участка пораньше, но тут ко мне в кабинет ворвался Дин Джонсон и сказал, что женщина, с которой я трахался, портит жизнь его ребенку. Мы поссорились, и когда мне, наконец, надоела его болтовня, и я велел ему убираться к черту из моего кабинета, я отправился в спортзал, чтобы выместить свою ярость на боксерской груше.
После тренировки Спенсер был у мамы на ужине, так что я заехал за ним. Когда мы наконец добрались до дома, Илса рано легла спать. Снова.
Прошлым вечером я вернулся домой к пяти. Они со Спенсером уже были дома, так как шли вместе домой после школы, потому что у него не было баскетбола. Она заперлась в той гребаной гостевой спальне с головной болью — по словам Спенсера.
Она избегала меня. И я избегал ее. Но сегодня это придется прекратить. Сегодня мы поговорим.
— Доброе утро, — поздоровалась Илса, входя в кухню. На ней были джинсы и футболка «Ярмарка штата Небраска», которая мне так нравилась.
Мир за пределами кухни превратился в размытое пятно. Когда она входила в комнату, я больше ничего не видел. Она не давала мне покоя ни днем, ни ночью. Я собрал все свои силы, чтобы не взять ее за руку, когда она проходила мимо меня за кофейником. Не притянуть ее к себе и не зарыться носом в ее мягкие волосы.
Черт, я так по ней скучал. А ведь прошло всего несколько дней. Что мне делать, когда она уйдет навсегда?
— Хочешь? — спросила она, доставая чашку из шкафчика.
— Конечно.
Она взяла другую кружку — голубую, с надписью: «САМЫЙ ЛУЧШИЙ В МИРЕ ПАПА» — и наполнила ее почти до краев. Она отставила кружку в сторону, налила себе, затем отнесла ее к столу и опустилась на стул. Затем повернулась и уставилась в стену.
Куда угодно, только не на меня.
Это был удар в живот. Удар, который я заслужил за то, что не выломал дверь собственной гостевой спальни. За то, что был трусом.
— Илса, я та…
— Звонили из гаража? Мне показалось, я слышала телефонный звонок. Когда я разговаривала с ними в среду, парень сказал, что папин грузовик починят к сегодняшнему утру.