В общем, день прошел не зря. Настолько не зря, что непривычный к шумным людским сборищам конунг уже был готов собирать вещи и гнать лошадей домой.
— Соскучился по старым временам и хочешь вернуться в дружину? Можно, но только если приведешь себя в форму. — Конунг выразительно кивнул на внушительный живот купца.
— Агнар, у тебя что не хватает людей? У вас что, у всех одно на уме? Да еще к животу моему привязались. — Кари старался выглядеть раздосадованным, но улыбка нет-нет да растягивала уголки его губ. — Нет, конунг, я с посланием. Был тут по делам у Скагги Сокола. Так вот, узнав, что я собираюсь на тинг, он попросил любым способом найти там тебя и предложить долю в летнем походе.
— Сокол нашел ловчее место? — Вопросительно вскинул бровь Агнар.
— Ну, можно и так сказать. Дозволь поведать тебе, о конунг, о деяниях славного Скагги Сокола сына Гудбранда на далеком острове Эрин. — Начал Кари, подражая велеречивому стилю сказаний. хирдманы разом прыснули. Торгейр выразительно оскалился в сторону Хьяля.
— Дозволяю, — милостиво разрешил конунг, и Кари тут же сменил тон.
— Так вот, этим летом Скагги понесло в Эрин. Он, мол, там ни разу не был и хочет посмотреть на зеленый остров, о котором столько слышал от сказителей. В общем, этот пройдоха прослышал, что там до сих пор хорошо с добычей. Вы же знаете Сокола. Он всегда хотел разбогатеть, да чтобы побыстрее и попроще.
— Ага, только способы для этого выбирал какие-то странные. — Торгейр намекал на всем известную любовь Скагги к отчаянным, непродуманным авантюрам, которые попеременно, то приносили Скагги знатный барыш, то оставляли совершенно ни с чем. Судя по игривому настроению рассказчика, в этот раз имело место последнее.
Кари расхохотался. Он вообще был горазд смеяться, этот купец, известный по всему северу легким нравом и тягой к приключениям.
— Как всегда угадал. В этот раз вышло то же самое. Нет, чтобы разграбить какой-нибудь монастырь побогаче, пощипать жирных монахов или подстеречь у побережья торговую кнарру. Так ведь нет, наш Сокол всегда считал себя самым умным. Он потащился на зеленый остров, чтобы поучаствовать в местной войнушке. У них там в очередной раз власть делили, ну вот он и продал мечи своих людей за ирландское золото и право грабить вражеские селения. Дело, как ему казалось, беспроигрышное: там чуть ли не пол острова на одного королька поднялось и, что интересно, бились при этом за свободу и справедливость.
— Это что-то новое, — фыркнул Асмунд. — Свобода и справедливость. А добыча как же?
— Времена меняются, Старый медведь. Твое богатство ничто для молодежи. Нам идеалы подавай. — Кари покровительственно похлопал седобородого викинга по плечу. — Так вот, борцы за свободу и справедливость собрались в большом количестве, а чтобы уж наверняка получилось, решили приплести к этой истории проклятых, богопротивных лохланнцев, то есть нас северян. Даже реки для прохода в центр острова открыли. Вот Скагги и решил — это то, что нужно. Он же всегда любил свободу, справедливость и не тронутые никем до него деревни в центре острова.
Хирдманы хором заржали.
— Золота-то хоть достаточно попросил? — пряча улыбку в усы, спросил Агнар.
— Попросил-то достаточно. Не продешевил. Да вот незадача, еще до того, как ладьи Скагги дошли до назначенного места, королек этот так вломил всем жаждущим свободы и справедливости, что они возжаждут их вновь ой как не скоро. Скагги успел к самому шапошному разбору, когда все бежали. Побежал и он. Вот только перед этим решил по-быстрому пошуровать по новым для него краям, раз уж все равно там оказался.
— Искал свободу и справедливость? — с усмешкой поинтересовался Торгейр.
— Угу, среди селений побогаче. В общем, по его словам, в своих поисках он наткнулся на святилище полное золота.
— Святилище полное золото? Может, ты имеешь в виду монастырь? — Недоверчиво уточнил Асмунд. — Насколько я знаю, Эрин христианский остров.
— Нет, он говорил именно про святилище, затерянное среди болот в самом центре острова. Святилище под завязку набитое золотом.