Мэдди и Снид успели увернуться, и стакан со звоном разбился об стену. Люди испуганно закричали и бросились врассыпную, а бедный бармен не знал, что делать. Кто-то из приятелей Дикого Ястреба подскочил и, рассвирепев, с грохотом опрокинул стол.
— Не смей ее так называть! — закричал Джей и кинулся на главаря. На какое-то мгновение все смешалось, а потом Снид, оказавшийся рядом, заехал ему в ухо, отчего Дикий Ястреб вмазал ему кулаком в солнечное сплетение. Джей закашлялся и согнулся от боли.
— Слабак, щенок! — соперник плюнул в пол и же зажал разбитый нос.
— Получай! — неожиданно откуда-то сбоку послышался, будто крик индейца, и Снид едва успел уклониться от удара бутылкой. Итан промахнулся и налетел на другого мужика, разбив ее об голову того.
После этого пьяной толпе уже было все равно кого бить, и недавнишние приятели, как дикари, схватились друг с другом разнося весь бар к чертям собачьим. Посуда безжалостно билась и звенела, а крики и выстрелы смешались воедино. Бармен пытался остановить потасовку, но и ему тоже досталось. Мэдди кое-как успела пригибаться и уворачиваться. Паника поглотила ее. Черт! Черт! Она не могла добраться до Джея, в самое пекло, и вытащить его оттуда. Зачем он вообще полез в драку?! Она собиралась уйти!
Дикий Ястреб немного оклемался и как следует врезал Сниду в скулу. Все произошло, словно в замедленном действие — а в следующую секунду его пронзила сильная боль, в глазах все потемнело, и показались звезды. Джей покачнулся — и полетел вниз.
Мэдди, борясь со страхом, успела вовремя подбежать и подхватить Снида. Черт бы его побрал! Страшно было смотреть на то, как стекала кровь по его щеке и подбородку, на скуле красовался синяк, а губа была разбита. Хокинс с трудом смогла дотащить, кое-как перебирающего ногами Джея, до лестницы на второй этаж, где еще в вечером сняла комнату.
— Шевелись! Кто тебя просил лезть в драку?! — Мэдди сама еле-еле шла и злостно причитала. — Господи, а теперь ты еще и ранен! Защитник тоже мне нашелся.
— Да это ж так, совсем чуть-чуть, — тихо усмехнулся Снид. — Я отстаивал твою честь, ик!
Хокинс прошла по темному коридору, а снизу до сих пор доносились крики. Она открыла дверь и завалилась в номер — серый, неухоженный и потрепанный, — а после скинула пьяного и побитого Джея на кровать. Пока Мэдди пыталась отдышаться — Снид чертов кабан! Тяжелый! — послышалось услышала мирное сопение.
— И даже спасибо не сказал! Отрубился! Завтра вылетишь отсюда! — прошипела она и рухнула на кровать рядом, засыпая.
Глава 7. Ярмарка
— Вставай, защитник хренов! — сквозь мерзкую, вязкую, как болото, пелену послышался женский, явно очень недовольный голос, а в следующую секунду Джей Джея начали резво трясти, заставив поморщиться и застонать. Мэдди… Ах, точно, это она! Кто еще может так приласкать его? Правильно — никто.
Голова Снида трещала по швам и вот-вот грозила взорваться. Даже сквозь закрытые веки солнечный свет воспринимался невероятно болезненно. Он абсолютно не понимал, что происходит вокруг него. Джей ощутил боль в шее и внезапное головокружение. Еще через несколько секунд в голове зашумело, и он на секунду потерял контроль над телом. Но как только в просветах трезвого ума появились мысли, что во рту сейчас настоящая пустыня и больше всего на свете Сниду хочется пить, его желание мгновенно исполнилось — на него полилась холодная струйка воды.
— Просыпайся, пьянь подзаборная! Сладко спалось в оплаченном мною номере, на моей кровати?! — раздался свирепый возглас гарпии под именем Мэдди. На что Джей лишь промычал что-то нечленораздельное и открыл рот, ловя капли языком.
— Кто бы говорил, мисс «бухой стрелок по бутылкам» 1889, — съязвил он и блаженно улыбнулся.
— Ах так, да?! — спустя мгновение Хокинс безжалостно выплеснулась ледяную воду ему на лицо.
— Твою мать! Ты с ума сошла?! — этот радикальный метод подействовал, и Снид подскочил как ошпаренный, стирая ладонью воду с лица. Он вдруг зашипел от боли, когда дотронулся до разбитой губы, застонал от прикосновения к сбитой скуле и сморщился от ощущения запекшейся крови под носом.
— С тобой сложно не сойти с ума! — проворчала Мэдди и поставила стеклянный графин на тумбочку.
Ей было не менее плохо, чем Джею, если даже не хуже. Однако, проснулась Мэдди немного раньше него и пришла в полнейший шок, когда почувствовала, что он крепко обнимает ее во сне, уткнувшись носом в шею. Хокинс чуть не завизжала от неожиданности и, сбросив его руку с себя, принялась судорожно вспоминать, что было сегодняшней ночью… Пока Хокинс опохмелялась, память медленно возвращалась к ней… В голову Мэдди стрелой вонзилось воспоминание, что она просто притащила Джея в комнату и упала спать.