Проезжая по довольно ухоженным улочкам Меридиана, Мэдди то и дело ловила на себе взгляды прохожих, коих, видимо, впечатлял ее внешний вид. Еще бы! Женщина, и не в платье! Однако, таким образом, тоже рассматривая незнакомцев, она обращала внимание на разных людей и вручала им по цветку, вскоре раздарив все. Конечно, каждый был шокирован этому, кто-то благодарил, кто-то ошарашенно уходил, даже не сказав: «спасибо», но такая реакция ни капли не смущала Хокинс: она просто радовалась моменту, чем еще сильнее изумляла Джея…
— Да-да, мадам, это вам, — широко улыбаясь, Мэдди протянула розу удивленной старушке. Снид же просто наблюдал за этой картиной.
— Мне?.. Но почему, мисс? — та открыла рот, недоверчиво покосившись на незнакомку.
— У меня просто хорошее настроение. Я уверена, вы заслужили цветов, берите, — убедила ее Хокинс, и женщина наконец-то взяла подарок, запинаясь добавив:
— Благодарю, вы очень великодушны, — она, словно увидев призрака, поспешила уйти прочь, то и дело оборачиваясь.
Джею до конца не верилось, что можно вот так просто получать наслаждение от простых, бескорыстных поступков для чужаков… Мэдди, несмотря ни на что, все равно смогла сохранить частички доброты. Внутри вдруг все волнительно напряглось, и появилось ощущение, что он делал что-то неправильное, словно совесть попыталась пробиться сквозь толстую защитную броню. Больше всего Снид ненавидел такое состояние, поэтому скорее попытался засунуть мысли куда подальше и натянул улыбку.
— Ну, вот и все. Люди довольны, и цветы не зря были куплены, — хлопнула его по плечу Хокинс, светясь от радости.
— Как?.. Как у тебя это получается? Так легко делать «добро» людям, не желая чего-то взамен, — искренне не понимая, спросил с неловкостью Джей.
— Мир и так полон жестокости, грязи и ужасов… Если каждый поделится своей доброжелательностью и любовью, то он принесет чуточку света в эту тьму. Может тогда жить станет легче, — Мэдди пожала плечами. — Я верю, что среди людей еще остались честные и добросердечные, не все такие плохие.
— Знаешь, ты права… — тихо согласился Снид и последовал за ней к лошадям. Мерзкая мысль, от которой живот противно скручивало, проскользнула в голове вновь: «Она пытается избавить мир от зла, хотя бы так, как может, а он порождает его еще больше». Джею всегда доставалось по полной, и он отвечал с той же ненавистью…
Вскоре вывеска «Меридиан» осталась позади, а впереди — лишь свобода и неизвестность. Этот город определенно оставил после себя самые лучшие впечатления для Хокинс, как минимум потому, что она еще сильнее сблизилась со Снидом. Часы неслись с такой же скоростью, как и быстрый ветер свободы, что бил в лицо, и уже гораздо меньшее количество путников встречались им. Вокруг мелькали пушистые сосны, засеянные поля переливались на солнце, летняя духота южного штата даже не собиралась сменяться вечерней прохладой. Перекошенные деревья росли прямо из воды или около нее, а еще вокруг витала огромная туча мошкары. Но главной изюминкой поездки стали реки! Много рек! Их бесконечное множество, переплетающееся между собой, между которыми людьми были перекинуты мосты.
***
Двадцать третье июня подкралось незаметно, настолько, что Хокинс и Снид даже удивились, когда поняли это. Казалось, совсем недавно они сбежали с фермы Чедбернов, а уже сейчас оставалось совсем немного миль до Нового Орлеана. За эти два дня путники знатно выбились из сил, как и их лошади — еще бы, в таком резвом темпе ехать гораздо больше привычного — и благодарили всех богов, что не попали в какое-то болото, кишащее аллигаторами. Карты не обманули, и после обеда на горизонте появились первые силуэты зданий; после проливного дождя, от которого Мэдди и Джей с трудом спрятались, все тучи разошлись, и яркое солнце переливалось на черепице домов первой линии.
— Монтиселло, — прочитал вслух Снид, подъезжая к большой вывеске.
— Точнее Монтичелло. Так правильнее с испанского, — прокашлялась Хокинс, поправив шляпу.
— М-м-м, жители там наверняка испаноговорящие. Поди много приезжих. Это твоя остановка, Мэдди, — он ухмыльнулся, многозначительно глянув в ее сторону.
— Да ты мистер очевидность. Вот и проверим! Поехали, я ужасно устала, и нужно закупиться провизией на рынке, — Мэдди усмехнулась, махнула рукой и пришпорила кобылу.
Монтиселло почти ничем не отличался от огромного множества точно таких же южных городков, расположенных на реке. Еще недавно здесь процветала работорговля, оставившая после себя большое наследие: на отдаленной от центра улице тянулись белокаменные особняки особенно богатых жителей, украшенных садами, колоннами и террасами. Мэдди и Джей с любопытством разглядывали деревянные дома людей победнее, покрашенных в синие, оливковые и коричневые цвета. Чем ближе они подъезжали к сердцу города, тем больше народу сходилось к главной площади.