– Есть такое дело. Тебя вот узнал! Кстати, ты правда в Сусумане родился или это легенда разведчика? – Орлинский засмеялся. – Давай я пока чайку заварю, а ты говори, слушаю внимательно.
– Про Сусуман правда, остальное не совсем. То, что я прилетел сюда на встречу к вам, даже местные из нашей конторы не знают. Повышенный режим секретности. Дело очень серьёзное, мне поручено с вами переговорить, передать информацию и скорректировать совместные действия по операции.
– Влад, я так понимаю, у меня ФСБ не хочет поинтересоваться, согласен я или нет на операцию? Или это как анекдот про тёщу – «врач сказал в морг, значит в морг?»
– Дело в том, что когда вы согласились на участие в проекте «Золото Карамкена», то автоматически попали в поле зрения спецслужб. И теперь я хочу вас официально предупредить, что наш разговор строго конфиденциальный и не подлежит разглашению. Так положено, – молодой человек словно извинялся. – И теперь – самое, наверное, для вас интересное. Изначально наши оппоненты, назову их так, разрабатывали проект под вас. Лично под вас. Вы, наверное, обратили внимание на некоторые интересные вещи?
– Обратил! Кстати, чай у нас получился крепкий. Я без сахара пью.
– Я тоже, Юрий Николаевич.
– Молодец, парень. Дольше проживёшь и девчонки любить будут, – улыбнулся Орлинский, отхлебнул чай и продолжил. – Итак, сначала – Зинаида Ивановна. Богданова Зинаида Ивановна – моя первая учительница, посёлок Карамкен, я там в школу пошёл. Название фильма «Золото Карамкена» – моя мечта снять фильм с таким названием, сценарий фильма – роли прописаны как раз под тех актёров, кто или мой друг, или хороший знакомый. Вот теперь ясно с совпадениями. Хорошо ваши оппоненты сработали.
– Наши оппоненты, Юрий Николаевич. Теперь – наши.
Орлинский пристально посмотрел в глаза молодому чекисту.
– Имя Влад мама с папой тебе дали или в конторе окрестили так, для конспирации?
– Имя настоящее. Недавно присвоено очередное звание капитан.
– Ну что, теперь давай рассказывай, что и как. Только имей в виду, нервы у меня уже не те, сердце слабое, сентиментальный стал, впечатлительный. Особо жути не нагоняй на ветерана военной разведки, – засмеялся Орлинский и сел в кресло.
– Ага, на вас нагонишь… Знакомились с вашим личным делом под грифом «совершенно секретно», там так и написано – впечатлительный, сентиментальный и легко ранимый мужчина, – с уважением в голосе пошутил в ответ Влад.
В номере фоном работал телевизор. Шторы были задёрнуты, весь свет включён. Говорили почти полтора часа. Влад изложил суть операции и ещё раз убедился в том, что действительно тяжело удивить Орлинского, хотя он сам, когда знакомился с планом операции и деталями, в некоторые вещи не или верил, или верил, но с большим трудом. Мистика какая-то, фантастика прямо! Влад достал из кармана брюк брелок для ключей – хорошо обработанный коготь медведя, у основания – серебряная медвежья голова с открытой пастью, глаза – два красных фианита. Хорошая работа.
– Это вам, Юрий Николаевич, так сказать, оберег на всякий случай. Ну вот, я всё вам и рассказал. Связь – как и договаривались.
Влад встал и пожал Орлинскому руку.
– Пойду. Спать что-то хочется. Завтра на самолёт. Встречу вас, как и положено, на рабочем посту в вашем подъезде. Рад был вас видеть. До свидания.
– До встречи в столице!
Через минут двадцать позвонил режиссёр, сказал, что они вернулись, всё, что запланировано, сделали. Сейчас примут душ, переоденутся и спустятся в ресторан ужинать, там и встретятся.
Юра нашел волну местного радио, сделал погромче и тоже решил освежиться. Принял душ, надел спортивный костюм с надписью «Самбо» и бодренько зашагал на ужин. Настроение было прекрасным. То, что он услышал от молодого чекиста, означало, что в ближайшем будущем Орлинского ждет очень интересное и нескучное кино, жизненно-документальное, в котором Орлинский будет играть одну из ключевых ролей.
За столом коллеги рассказали, где сегодня были, что видели, что сняли, какие задумки появились. Молодежь, Никита и Кирилл, были в полнейшем восторге от экспедиции. Мурад Нурыевич, хоть и устал, тоже был очень доволен поездкой и находился под впечатлением от колымских красот. Ели все с аппетитом и бурно обсуждали увиденное. Юрий тоже рассказал, что ему сегодня удалось сделать, с кем встретиться и какие вопросы порешать (естественно, о «случайной» встрече и разговоре с «консьержем Владом» он никому не сказал). От предложения режиссёра взять по сто грамм решили отказаться: завтра – ранний подъём и крайний день на Колыме, надо быть в форме. А вот после работы единогласно решили отметить удачное завершение первой творческой экспедиции.