- Я проходил краткий курс медподготовки. На корабле не всегда бывает врач, и нас обучали, на всякий случай... Биночка человек справедливый, и это доказывает, что я прав.
- Женщина есть женщина, - мягко проговорила хозяйка.
- Это Бинка-то женщина? - Радош привычно осклабился. - Она не женщина, она боец! Будь она мужчиной, я бы сказал, что она боевик. А так - заблуждение природы.
- Ты ошибаешься, - в голосе хозяйки прозвучала настойчивость.
- Я? Ошибаюсь? Вам бы поинтересоваться у нее лично, что она думает по данному вопросу. Что такое быть женщиной - Биночка давно позабыла!
- Ты кое о чем не ведаешь! - и хозяйка многозначительно поджала губы.
- Дорогая! - предостерегающе сказал хозяин. И произнес: - Бинка говорила, будто ты ее спас.
Радош подумал.
- Очень может быть, - согласился он. - Когда ломишь одна на семерых - шансов у тебя никаких. Я вмешался, хотя видит бог, в тот момент я заботился не о мадам!
- Ты злой! - вдруг сказала девочка. - Уходи! Я не хочу больше с тобой играть!
- Тюрьма - жестокая академия, - Радош взялся за шляпу. - Она перековывает будь спок! Туда бросают человека, а выводят... такого, что лучше с ним не встречаться на узкой тропинке!
- Угу! Мы зазомбированные, - сказал подросток. - Вдруг нам прикажут - и мы на тебя кинемся?
Это Радош выслушал, уже стоя в дверях. Он обернулся и произнес:
- Бояться надо не смерти, парень - бояться надо жизни. Ты не ждешь от нее никаких сюрпризов, а она шандарахнет и преподнесет букет - не обрадуешься!
И он ушел, слегка удивленный. Получалось, что эта семейка была не в курсе насчет дел, которые творят власти. Слово "зомби" докторский сынок отнес к себе, а это значило, что супруги действительно были уверены, будто программирование людей и воспитание - одно и то же...
А спустя две недели в апартамент Радоша вновь пожаловал взрослый представитель "тайноправящих". На этот раз в руках у доктора был не медицинский саквояж, а объемистая хозяйственная сумка.
- Вот, - произнес он, ставя на стол бутылку с черным содержимым, - тамариндовый сок. Натуральный! Специально для тебя доставал!
Радош отрицательно покачал головой.
- Это не алкоголь. Просто жуткий дефицит, - пояснил гость, выкладывая из сумки пакетики с закуской. - Не стоило обижаться на ребенка.
- Устами младенца... - хмуро ответствовал Радош.
- Брось! Девочка мала, где ей разбираться в тонкостях жизни.
- Что, за приходящим на явку легче надзирать? Не плачьте, я теперь безопасный! Рук об меня можно не марать, и время свое драгоценное на меня не тратьте. Больше мешать не буду.
- Ты чего? -
Доктор повернулся к нему всем корпусом, резко рванув опустошенную сумку, так что будь та менее прочна, ей бы суждено было сейчас треснуть по швам.
- Ты спятил? - спросил он, уставясь на Радоша в упор. - Совсем свихнулся? Я врач, а не шпион, и моя профессия лечить людей, а не следить за ними!
- А как же тайная власть? - осклабился Радош и тоже принялся с любопытством изучать докторскую физиономию.
Он снова переступил и рискнул - только уже не на право быть самим собой, а на прямой вопрос о том, что непритворно его волновало. Давно забытое ощущение полной свободы вдруг нахлынуло на Радоша. И легкость, которую он ощутил, заставила его на мгновение вновь ощутить себя озорным, беспечным юнцом, верящим в то, что он создан для счастья, и что все жизненные печали и тревоги преходящи как тучки на небе.
- А нет ее, никакой тайной власти! - отвечал "тайноправящий" со смешком. - Все органы у нас выборные, и все совершается открыто. Пятая часть Совета Безопасности - из наших, я тоже член городской думы. И если со мной считаются, то за сообразительность, а не за что-либо иное.
- Бинка, значит, солгала?
Доктор снова засмеялся:
- Так ведь меня бы не избрали, если бы знали, кто я!
И Радоша снова прорвало.
- Кто же ты? Маг? Чернокнижник? Иллюзионист? Или член тайного общества избранных, подключенный к суперкомпьютеру и супермашинам? - спросил он тоже, в свою очередь, со смешком. - Чего вы боитесь? Что я побегу докладывать всем подряд, кто ты такой? Не побегу, не боись.
Доктор снова взглянул на него непонимающе.
- А я и не боюсь, - произнес он, чуток подумав. - Во-первых, я знаю, что ты не побежишь, а во-вторых... Разве тебе никогда не хотелось, чтобы тебя уважали за профессиональные достоинства, а не за то, каким ты родился?
Радош снова усмехнулся. Профессиональные достоинства... До чего же все люди похожи... Когда-то и у него были мечты о честной карьере, о славе, о подвигах... Даже более - о великом самопожертвовании ради спасения человечества... Вот дурак-то он был, а? Просто не верится...
- Значит, ты таким родился? Особенным? - произнес он с горьким сарказмом.
- Что, удачно маскируюсь под обычного простого? - отвечал доктор, проглотив "особенный" не поперхнувшись. - Спасибо за комплимент! Я потратил в свое время много усилий на то, чтобы не слишком выделяться... Для демонстрации силы у нас есть Степанов - это его крест, торчать на виду открытым всем ветрам и говорить в Совете от имени всех могучих.
- Степанов - это который с телефоном?
- Угу. Он может наложить вето на любой закон - открыто.