Дворцовую лестницу удалось одолеть не сразу, а когда с третьей попытки одолел, уселся отдохнуть на верхней ступеньке.
– Из разведки вернулся? – ледяным тоном поинтересовалась Лорма.
Она стояла в дверном проеме, юная и обворожительная, за спиной у нее маячили, гримасничая, долговязые придворные дамы.
– Ну да. Это же далеко, я устал.
– И что разведал?
– Завоюем мы эту Эгедру, им нечего нам противопоставить, – с досадой буркнул Дирвен, думая о том, что хорошо бы она убралась с дороги, а ему хорошо бы встать и дотащиться до кровати.
– Надеюсь, что ты не ошибаешься. А теперь скажи, мой милый консорт, с какой сучкой из Хиалы ты спутался у меня за спиной?
– Почему с сучкой? – Дирвен уставился на нее, растеряно хлопая ресницами. – С чего ты взяла такую чушь?
– С того, что по тебе видно. Даже не знаю, рассердиться на тебя за этот некрасивый обман или посмеяться над глупым мальчишкой… Кто она? Серебряная Лиса, с которой ты свел знакомство в Овдабе? Или ее закадычная подружка Харменгера? Или другая демоница, падкая на сладенькое? Тебя использовали, мой милый, ты еще этого не понял?
– Что за чушь, кто мог меня использовать? – он попробовал встать, но не удержался на ногах и снова уселся.
– А с кем ты сношался, пока я болела?
– Да ни с кем я не сношался! – разозлился Дирвен. – Ты болела, а теперь я заболел, переутомился потому что!
– По тебе видно, что это за болезнь. Разве тебя не учили, что людям нельзя совокупляться с демонами Хиалы, потому что те выпивают вашу жизненную силу – так же, как мы, вурваны, пьем кровь?
– Так меня амулеты защищают!
– Слышали? – бросила Лорма через плечо своим дамам, и те манерно захихикали. – Почти сознался, гаденыш… Амулеты тебя защищают не от этого. Существует два-три артефакта, которые могут оградить человека от потери жизненной энергии во время любовных утех с демоном Хиалы, но это такая же редкость, как звездная соль, у тебя этих амулетов нет. К кому ты бегаешь на свидания и потом приползаешь сюда, как недожеванная котлета?
Быть того не может, Эдмар ведь не демон… Хотя когда-то раньше был демоном Хиалы… Что, если у него сохранилась эта способность – забирать чужую энергию во время любовных утех?
– Сволочь! – выпалил Дирвен, потрясенно глядя на Лорму снизу вверх. – Во сволочь…
– И кто же эта сволочь? – облив его презрением, осведомилась царица.
– Да пошли вы все, я с этой сволочью разберусь!
Ярость придала ему сил – он вскочил, нетвердо сбежал по ступенькам и ринулся в темноту.
– Подожди! – крикнула позади Лорма. – Меня подожди!
Он мчался знакомой дорогой при свете все еще полной луны, а она со своими амуши мчалась следом. За ними увязались сойгруны – скакали кузнечиками и восторженно верещали. Потом и сойгруны, и амуши отстали, только Лорма не отставала – наверное, у нее тоже «Пятокрылы».
На ходу активировав «Прыжок хамелеона», Дирвен ворвался в пещеру.
Эдмар уже очнулся и почти избавился от веревок, хотя он нацепил на путы запирающий амулет.
– Ты, гад из Хиалы, сейчас поплатишься…
Маг закрылся от удара «Каменного молота», отскочил и оказался возле сетки с котом.
– Сам догадался или подсказали?
– Я ему подсказала, – глядя на Эдмара с опаской и расчетливым интересом, промолвила Лорма, тоже невесть как проникшая в пещеру.
– Я не сомневался в том, что вы не только прекрасны, но еще и умны, – он обольстительно улыбнулся ей, словно великосветский кавалер, флиртующий с дамой. – Наша прошлая встреча была омрачена взаимным недопониманием, но никогда не поздно все исправить, не правда ли?
– Пожалуй, – как будто в некотором замешательстве произнесла вурвана.
– Жаль, что не могу задержаться. Позвольте откланяться, мне пора.
– Ты сволочь поиметая! – выпалил Дирвен. – Все теперь это знают, и ты разорен – деньги-то на дне океана!
– Да не то чтобы разорен. Я не настолько альтруист, чтобы отдать Ложе в долг все свое состояние без остатка. Вдобавок есть оформленный по всем правилам договор, и я не сомневаюсь, что со мной рассчитаются. А что касается того, что между нами было… Видишь ли, у меня весьма разносторонний жизненный опыт, и было бы достойно сожаления, если бы я начал испытывать из ряда вон выходящие эмоции по поводу незначительного эпизода с неловким и назойливым партнером. Это всего лишь мелкая дефектная бусина в драгоценном ожерелье моих интимных впечатлений. Можно бы раздавить ее каблуком, но пусть будет, забавное приключение.