«Кем, нарисовал круг?»
«Да!»
«Пусть Шнырь сядет тебе на спину, и скажи ему, чтобы крепко за тебя держался».
«Ага, да, сейчас… Мы готовы! Теперь что делать?»
«Теперь займи позицию посередине, и на счет три, одновременно со мной, вонзи нож в центр своего круга. Точно в центр. Небольшая погрешность допустима, но лучше без нее».
Бросив Хантре: «ты постой снаружи», он положил шкатулку на песок. Не в центральной точке – немного сместив в сторону. На шаг отступил, поглядел и чуть передвинул. Откинул крышку с цветной картинкой. Хантре так и не увидел, что там внутри. Да скорее всего, ничего там и не было.
«Кем, приготовились! – опустившись на одно колено, скомандовал Тейзург. – Один… Два… Три!»
На счет «три» он всадил нож в центр круга, и что-то лязгнуло, как будто металл наткнулся на металл. Эдмар погрузил туда по локоть другую руку – легко, словно в воду или в рыхлый сугроб – его плечо дернулось, и в следующее мгновение на площадке посреди темного двора сидело уже два человека.
Два человека. Без гнупи.
Кем ошалело озирался. Взъерошенный, потный, грязный, с редкой юношеской щетиной на подбородке и запавшими, как у больного, глазами.
– Где я? – прохрипел он.
– В Ляране, – отозвался Хантре. – А Шнырь?..
– Значит, не получилось, – раздосадовано заметил Эдмар, закрывая и убирая в свою кладовку «Тихий крот». – Жаль.
– Он же за меня держался, на спине у меня сидел… – потеряно вымолвил Кемурт. – Почему… Можно его тоже оттуда забрать?!
– Не получится. Поверь, мне в самом деле жаль. Буду рад, если он сумеет удрать.
– Не может быть, чтобы никаких шансов…
– Может. Сплошь и рядом бывает.
А Хантре тем временем открывал Врата Хиалы – но там без перемен, Вуагобу по-прежнему за порогом. Закрыть и снова открыть, и снова с тем же результатом… Но если будет хотя бы небольшой зазор, чтобы перекинуться и проскочить мимо этой погани…
Вонь гниющих разделанных туш, закисших помоев, вековой плесени, и за каждой новой аркой – влажно лоснящаяся живая плетенка, текучая, вызывающая головокружение.
– Не продолжай, – сочувственно бросил Эдмар после шестого или седьмого раза. – Вуагобу необъятен, он заблокировал все окрестности. Еще и силу твою жрет, кто ж от такого удовольствия откажется. Уймись, наконец, хватит его кормить.
– Я хочу прорваться к Шнырю.
Новые Врата, и опять за ними эта дрянь. Он понимал, что Вуагобу даже через порог может атаковать, и был настороже, но удар пришел не из зева Нижнего Мира, а со спины. Даже не удар – легкий тычок в основание шеи. Его подхватили, не дав упасть, а дальше все окружающее начало проваливаться в темноту, теряя плотность и очертания, рассыпаясь на молекулы…
Как же так: Шнырь ведь сидел у Кема на закорках, изо всех сил вцепился в его запыленную пропотевшую одежку, даже успел заранее обрадоваться спасению – и тут Кем внезапно исчез. Будто бы выскользнул, в мгновение ока съежился до размеров горошины, и его уже нет. Только валяется нож, которым он нарисовал на высохшей земле круг. А с высоты глядит тонкорогий месяц: любопытно ему, что случится дальше.
Ножик Шнырь подобрал, вдруг пригодится. И припустил со всех ног в ту сторону, куда укатилось солнце, отправившееся ночевать во владения Пса Анвахо.
Не мог же Кем его бросить… И господин Тейзург не мог его бросить, он ведь знает, что Шнырь самый верный из его слуг. Если что-то вышло не так, они же все равно за ним вернутся, они же понимают, что иначе он пропадет! А сейчас надо мчаться во весь дух, пока не поймали. И Шнырь мчался один-одинешенек, вверх-вниз по каменистым склонам. Звезды наверху перемигивались – небось уже успели побиться друг с дружкой об заклад, сцапают его или нет.
Погоня до поры, до времени не показывалась на глаза. Лишь изредка он замечал, что левее или правее несется почти вровень с ним белесый скелет о шести лапах, с вытянутой зубастой мордой, или катятся клубками мрака шары величиной с тележное колесо. Его преследовали стиги и скумоны. Амуши отстали, где этим долговязым орясинам угнаться за прытким гнупи! Он от самого Дирвена ушел, и от этих уйдет…
Улепетывал налегке, всё свое нехитрое бродяжье имущество они еще раньше побросали, оставив только нож да фляжку с водой shy;- то и другое у Кема на поясе. И еще у амулетчика был арсенал, рассованный по карманам. А у Шныря висел на шее кожаный мешочек с его собственным амулетом, подарком Крысиного Вора.