Особой надежды в его голосе не было, но кот перепрыгнул к нему на колени, повозился, устраиваясь, свернулся в клубок и замурлыкал.
Как бы оно ни выглядело со стороны, это простой и легкий способ войти в резонанс. Хотя в прошлые разы он вроде бы не пользовался этим способом, он тогда еще не умел произвольно менять облик.
…Тонешь в чужой сущности, словно в зыбучке, главное – не пытаться выплыть, вообще забудь о том, что умеешь плавать, потому что со второй попытки может и не получиться. Камнем на дно, а потом медленный подъем обратно, заодно не будет путаницы с хронологией. Главное, не спятить по дороге: резонанс опасен тем, что в процессе можно потерять свои личные границы. И не поддаваться угрызениям, пока не вынырнешь. Он ни на секунду не забывал о том, что это неправильный, запретный прием.
Дна не было. Вовремя вспомнил: Эдмар искупался в Лилейном омуте – так что погружаться можно до бесконечности, сквозь темные воды тысячелетий. Впрочем, он не успел провалиться так далеко. И, похоже, остановился как раз на том уровне, где есть нужная информация: заводы и сельскохозяйственные предприятия в собственности, и в довесок – руководство криминальной организацией. Похоже, это была предыдущая жизнь Тейзурга.
Сияние драгоценных камней – на солнце, в сумерках, при искусственном освещении…
Они там ходили в буквальном смысле усыпанные драгоценностями, Эдмар об этом рассказывал.
Не отвлекаться на воспоминания, а то в два счета из резонанса выбросит. В настоящий момент он здесь – там – в этой чужой глубине – и больше нигде.
…Острое чувство неудовлетворенности. Небольшой замкнутый мир, развернуться негде. Он добился всего, чего можно, и дальше никаких перспектив – не потому, что они недоступны, а потому что их попросту нет. Общество закоснело в своих правилах, ритуалах, предрассудках, он развлекался тем, что нарушал правила и дразнил этим окружающих – выверено, с оглядкой, там все были настолько опутаны многочисленными «принято – не принято», «можно – нельзя», что даже он не смог бы разорвать эту паутину без риска стать изгоем. Временами накатывала тоска, особенно если возникало смутное впечатление, будто он ищет кого-то, кого давно уже потерял… Но, разумеется, никто об этом не догадывался, он был неизменно великолепен и демонстрировал несокрушимую уверенность в своих силах.
Нереализованная энергия находила выход не только в интригах, любовных приключениях и пакостях, которые он устраивал окружающим – у него был еще и бизнес, считавшийся в том обществе низменным занятием. Местная элита владела своими заводами и поместьями под девизом: «Получи в наследство и забудь», так что он занимался этим втайне. Наилучшим образом организовал производство и сбыт, обеспечил неплохие условия для добросовестных работников, хотя к недобросовестным был безжалостен, следил за тем, чтобы все его распоряжения выполнялись, не поощрял злоупотреблений со стороны управляющего персонала. Для него это была занятная игра, приносившая, кроме доходов, некоторое удовлетворение. На недостойных изысканного аристократа увлечениях его так и не поймали, он умел прятать концы.
Все это рухнуло в одночасье, без каких-либо признаков надвигающейся катастрофы. Впрочем, он до последнего момента мог все исправить, ему удалось взять ситуацию под контроль, для благополучной развязки оставалось только вовремя нажать на спуск – а он этого не сделал. Его тогда раздирали противоречивые чувства: он оказался, хотя и не по своей воле, в новой захватывающей игре, однако для того чтобы остаться в ней, надо было проиграть в старой игре. Его бесила мысль о возможном проигрыше, но мысль о том, что в случае выигрыша все схлопнется и останется по-прежнему, наводила тоску. Хотелось и того, и другого сразу, хотелось невыносимо, до скрежета зубовного. Как будто сидишь в теплом и уютном гниющем болоте, вдоль и поперек тебе подконтрольном, и вдруг увидел издали море… Можно закрыть дорогу к морю – иначе все потеряешь – но разве сможешь о нем забыть?
Кончилось тем, что он проиграл. Ему грозил едва ли не пожизненный тюремный срок, но он нашел способ одурачить противников и сбежал из-под охраны. Представление о какой-то чудовищной магической процедуре: с кем-то поменялся телами, после чего подбросил преследователям якобы свой труп.
Заодно с новой личиной он получил в собственность строительное предприятие на грани банкротства. Взялся за работу, без зазрения совести прикончил родственников-акционеров, которые довели семейное дело до плачевного состояния и могли ему помешать. Отношение к персоналу? Изводил насмешками своих замов и управляющих, зато хорошо платил толковым сотрудникам, увеличивал премии по мере того, как возрастала прибыль, выслушивал тех, кто предлагал что-то полезное, и нередко внедрял их идеи. Если бы сфера его интересов ограничивалась бизнесом, через некоторое время он стал бы уважаемым главой процветающей строительной империи… Но ему уж очень хотелось добраться до тех, кому он проиграл в прошлый раз. Вернее, до той.