– …А вот сюда мы повесим гирлянду из флажков с мудрыми изречениями нашего Верховного Мага! Все внесли свою лепту, каждый припомнил, и у нас получилось ровно пятьдесят флажков, как и было задумано. «Соблюдай умеренность в еде сегодня, не откладывая на завтра», «Недооценивать союзника – не меньшая ошибка, чем недооценивать противника», «На работу надо приходить вовремя» – это же истинный кладезь здравых наставлений на все случаи жизни! Я думаю, в дальнейшем надо будет издать афоризмы достопочтеннейшего коллеги Крелдона специальной брошюрой в достойном оформлении, чтобы раздавать юношеству в воспитательных целях. Объявим конкурсы для студентов и школьников, на тему «Как я претворяю в жизнь заветы Верховного Мага» – это может быть и сочинение в вольной форме, и сценическая постановка. Я надеюсь, вы все поддержите мою благую инициативу, я могу на вас рассчитывать? А сейчас повесим флажки!
Гирлянда выпорхнула из рук Аджимонга, развернулась в воздухе и заняла место меж двух колонн с капителями в виде павлинов с раскрытыми хвостами.
– Недурно смотрится, как вы находите, коллеги?
Маги, которых он уже изрядно допек, не возражали, лишь бы поскорее вернуться к своим делам. Один коллега Трунемонг, известный любитель подлить дегтя во всякий горшок с медом, задмчиво обронил:
– Недурно-то недурно, да вот эти павлины… Не сочтет ли достопочтеннейший Крелдон, что вы хотите на что-то намекнуть? Опять же оппозиция возрадуется…
Распорядитель праздника переменился в лице – словно проколотый воздушный шарик или словивший заклятье хонкус.
– Да что вы, коллега Трунемонг… – вымолвил он свистящим шепотом. – Как можно… Лепные павлины – это же традиционный архитектурный элемент, их же везде, как нерезаных, как голубей на улице… И я без никаких намеков, вы меня сильно расстроили, я, собственно говоря, только примерить сюда хотел эту гирлянду, а повесим мы ее над дверью, по обе стороны от которой стоят девы-ящерицы из свиты Зерл Неотступной, у меня с самого начала был такой замысел!
Новое заклинание он сотворил поспешно и суетливо – злополучная гирлянда чуть не порвалась, как от налетевшего ветра. Подхватив ее, Аджимонг делано бодрым голосом объявил:
– Как она смотрелась бы здесь, мы уже посмотрели, а теперь идемте вешать ее на запланированное место, а сюда мы цветочную гирлянду зарядим, иначе здесь будет некая пустота, которая должна быть заполнена, в чем я и хотел сейчас убедиться!
«Эх, мне бы ваши заботы, дражайшие коллеги», – хмыкнул про себя Орвехт, направляясь к лестнице.
Поначалу Дирвен обрадовался, что эти два гада попались, но потом понял, что Рогатая подкинула ему тот еще подарочек.
Что теперь с ними делать?
Насчет рыжего решено: когда сменит облик, унести подальше и выкинуть – но вдруг об этом пронюхает Лорма? У нее здесь повсюду глаза и уши.
С Хантре она давно мечтает расправиться, потому что в своем прошлом рождении тот укокошил кого-то милого ее сердцу. Но это ее личная месть, Дирвен не собирался впутываться в эту гнилую историю. Ссориться с Зимним Псом – дураков поищите. И кроме того, хоть ему и не нравился рыжий, душа не лежала отдавать его на растерзание древней кровопийце. Это ведь он всех спас в «Золотом подсолнухе», когда туда заявился ужасатель с «ведьминой мясорубкой». Получается, Дирвен тоже ему жизнью обязан… Если бы Хантре занимался борьбой с ужасателями и больше никуда не лез, и присягнул бы весной законному королю Ларвезы, и не ошивался бы около Эдмара – ну вот честно, ничего бы против него не имел. Одно дело накостылять ему, чтоб надолго запомнил, а сдавать его Лорме – это будет распоследняя дрянь. Дирвен поступит так, как считает нужным, и никакая царица-мумия ему не указ.
Как быть с Наипервейшей Сволочью – вопрос посложнее. Хуже, чем на зачетах в школе амулетчиков, когда преподаватели специально измышляли всякие каверзные задачки.
Заставить Эдмара собирать монеты – это бы заманчиво, кто-то ведь должен все это раскиданное добро собрать. Можно приказать рабам в Рофе сшить побольше мешочков, а мастерам келтари наделать шкатулок, якобы для трофеев из Эгедры. Но даже если тары будет вдоволь, налицо неразрешимая дилемма: чтобы заставить Эдмара потрудиться, надо, чтоб у него хватило на это сил – однако если у него прибавится сил, он же пустит в ход магию… Как обеспечить и то, и другое сразу, и чтоб у него не было шансов устроить какую-нибудь сволочную пакость?