– Может, одним своим присутствием вы уже начали вносить изменения, уронив первый камень. Может, теперь от нас зависит, пойдет ли волна.
Она переводит взгляд на цветочное поле. Ее безводную синеву.
– В конце концов, из всех мест в Эннвине портал открылся именно здесь, – задумчиво произносит Ненет, поглядев на меня. – Последняя наследница Терли и первая, кто приземлился в воду.
А она настойчива.
Но и я тоже.
Потому оборачиваюсь еще раз, но не к Вику или толпе. Не к золоту или цветам. Нет, я смотрю на небо. На чистое, нетронутое небо пастельных оттенков.
На то место, откуда я упала, а он – нет.
– Вы должны сами принимать решение, – говорит она, и я перевожу взгляд на нее. – Доверьтесь себе, леди Аурен, потому что мы тоже вам доверяем.
Сердце сжимается в груди.
Ненет с улыбкой похлопывает меня по руке.
– Если судьба меня чему-то и научила, так это тому, что никогда не стоит терять надежду.
– Я не буду, – решительно отвечаю я.
Потому что Слейд – единственное в этом мире и в будущем, что поддерживает мою надежду. Потому что он обещал меня найти и, значит, найдет.
Или я найду его сама.
В это я готова поверить. За это правое дело я готова сражаться.
За нашу с ним судьбу.
Глава 12
Слейд
От коричневой пены берег становится темным.
Во время отлива в воздухе разит гнилой рыбой. Жабры распахнуты, а на поверхности плавают блестящие чешуйчатые тела. Утром рыбакам незачем будет забрасывать сети, а морякам – опускать якоря.
Вдали, на большей глубине, виднеются очертания кораблей, но их команды еще не поняли, что медленно идут ко дну. Суда покачиваются на волнах, распадаясь на мокрые щепки, пока их корпусы медленно заполняются водой. Это пустые корабли торговцев плотью, и все они к рассвету сгниют и пойдут ко дну океана.
Я иду по булькающим лужам, испещряющим прибрежную улицу, и кажется, что звук моих шагов разносится эхом. Когда я прибыл сюда несколько часов назад, здесь было шумно и многолюдно, но сейчас все разбежались и попрятались. Уэст-Энд изобиловал всевозможными порочными и извращенными развлечениями, но теперь все смолкло. Такая тишина наступает только от смерти и страха.
Свернув за угол, я вижу справа лавки. Эти здания покрыты пятнами от соленого воздуха, на крышах, с которых стекает вода, пророс мох, а краска на козырьках облупилась.
Мимо пробегает крыса и прячется за бочкой, и я вижу, как впереди кто-то шатающейся походкой выходит из паба, а потом поворачивается и начинает мочиться, совершенно не обращая внимания на кровавую расправу. Когда он смотрит на меня налившимися кровью глазами, держа вялый член, то от удивления отшатывается и чуть не падает.
Но быстро натягивает штаны и приваливается к стене.
– Король Рот.
Кровь бурлит от силы, которая растекается по каждой вене. От соленого воздуха моя кожа кажется стянутой.
Или, может, от гнева, который хочет вырваться из меня.
Я останавливаюсь перед мужчиной и вижу, как он пристально смотрит на черные корни, извивающиеся по моей шее. Потом, переведя остекленевший взгляд мне за спину, замечает отравленный гнилью перекресток. Если бы он прошел туда, то увидел бы сгнившие дома, распухшие трупы, свисающие из окон и застрявшие в дверях. Все они пойманы при попытке бегства.
Но никто не смог убежать. Ни от меня.
Ни от моего гнева.
Пришел конец мужчинам, занимавшимся торговлей плотью и торгом наложницами.
Я узнал, что Мидас давным-давно убил своего соперника и владельца Аурен, Закира Уэста. А еще он прикончил всех его работников, которые вступали с ней в контакт. Так он пытался замести следы и стереть свою прежнюю жизнь, а еще стереть с лица земли само существование Аурен. Он выкупил всех девушек… и создал в Дерфорте Дом разрисованных наложниц. Эти бордели были самыми известными и популярными в Третьем королевстве. Их наложницы были знамениты тем, что красили свою кожу в разные цвета, покрывали различными рисунками, чтобы все позабыли о девушке с золотистой кожей.
Может, Закир Уэст и умер давным-давно, как и Мидас, но это не значит, что здесь больше не царит беззаконие. Довольно скоро ряды преступников пополнили новые лица, и Кайла не знает об этом то ли невзначай, то ли намеренно.
Ради ее брата надеюсь, что первое.
Но эти новые господа востока и запада теперь лежат с отравленной кожей и пухнут как выброшенные на берег киты.
Я наклоняюсь к мужчине, почуяв запах алкоголя и заметив, как спереди на его штанах растекается пятно от мочи. Судя по обожженной коже, он прожил в Дерфорте всю жизнь. Наверное, тоже пользовался услугами наложниц, которые были вынуждены обслуживать этот сброд. Если бы у меня были доказательства, я бы тут же отравил его гнилью.