- Точно? Ты уверена?
Мне протянули руку, но я проигнорировала её и поднялась сама.
- Точно, - кивнула я.
Ноги уже не дрожали, крепко держа меня в вертикальном положении. Поправила на голове сбившийся платок и благодарно кивнула слегка перепуганному торговцу – очевидно, он не ждал вторжения в его лавку таким способом. В его сторону полетела мелкая монетка, и я не стала слушать благодарности хозяина, поворачиваясь к просвету между тканями. Вместе мы вышли наружу и спокойным шагом отправились обратно к своим.
На площади все уже расселись и что-то внимательно слушали от служителя, который стоял на небольшой возвышенности прямо перед всеми. Лавки теперь стояли немного полукругом и пришлось делать крюк, чтобы никого не задеть. Нас заметили и активно помахали, приглашая присоединиться.
Подошли ближе. Здесь для нас оставили свободное место, чудом устоявшее перед такой толпой. На опоздавших зашипели и бросили несколько косых взглядов, когда мы протискивались и размещались на лавках, но мне было всё равно - я равнодушно взирала на окружающих, под стать Гунку, вернувшему своё извечное спокойствие.
- Вы где так долго? Всё пропустите, - громким шёпотом укорил Кирилл, отчего на нас опять зашипели и все, наконец, примолкли, вслушиваясь в слова.
Сейчас на всей центральной площади, относящейся к свадебной церемонии, царило молчание и тишина, надо всеми разносился сильный голос служителя, отдалённые звуки окружающего дня всё ещё звучали, но, словно уважая таинство бракосочетания, не стремилось ворваться в сформированный круг.
- Пусть одарит семя земли брачующихся…
На площадь, направляясь к священнику с двух сторон, вышли жених и невеста. Обряженные в узорчатые подвенечные наряды, они смотрелись очень торжественно и гармонично. Я видела некоторые свадьбы, но каждая зона и территория по-своему проводила их, почитая то, что лежало в основе их жизни. Здесь был аграрный рай и, разумеется, почитали всё связанное с землёй и посевами. Одновременно с последними словами в пару полетели горсти семян, даже если они и чувствовали дискомфорт от острых зёрен, они всё равно с достоинством получали священные дары, пока не очутились в самом центре. Там брачующиеся замерли друг напротив друга и остановились, смотря друг другу в глаза.
- Соединяю жизни ваши вместе, как мужа и жены.
Мужчина достал алую ленту, которой аккуратно перемотал сомкнутые руки. От гостей раздалось несколько впечатлительных женских всхлипов, но никто не прервал тишину. Святка и Ходра сидели, заворожённо смотря на таинство. Маниша стояла неподалёку от священника и держала в руках поднос с чашей.
- Одари брачующихся своей благодатью, дай вкусить им крови земной...
Не знаю, о какой крови он говорил, но тут с места тронулась Маниша и шагнула к паре. Она взяла чашу и поднесла сначала к брату, затем к его жене. Они сделали несколько глотков и отстранились. Чаша полетела вниз, разбрасывая полукругом тёмные капли. До меня донёсся запах вина.
- Коль ваши помысли чисты, соедините уста и станьте единым целым.
Служитель поднял руки, и, подчиняясь его словам, пара соединилась в поцелуе под рукоплескания и крики поздравлений. Так же неожиданно, как пришла тишина, вернулся и шум, заполнивший площадь радостными возгласами.
- Здоровья молодым!
- Счастья!
- Большой семьи!
Поздравляющих было так много, что мы не сразу сумели прорваться к сияющей невесте и смущённому жениху. Их явно смущало такое внимание, но они с честью держали удар. Я не то, чтобы рвалась подходить, но меня уже потянули за руку, вынуждая подойти вместе со всеми.
- Поздравляем! - Ходра тепло обняла новую семью, остальные просто кивнули.
Секунда… Вторая... Мне говорить или...
- Гуляем!
Откуда-то раздался залихватский свист, и на площадь рванули циркачи и акробаты, заставляя меня облегчённо выдохнуть. Никогда не любила подобные собрания. В воздух, как по команде, взметнулись платки и небольшие мешочки с цветной пылью. Она была лёгкой, воздушной, различных оттенков и легко смывалась водой. Собирали её из цветов, сушили и использовали во всём Перекрёстке.