- Нашим наказанием за преступление Инармаза было бы отсечение его головы от тела перед священным мечом, что сделало бы его казнь быстрой и почетной. Можете ли вы заверить меня в столь же быстром прекращении его жизни, если я передам его вашему правосудию? Беллетор серьезно кивнул.
- По твоей просьбе, король, и, несмотря на его преступления, я обеспечу этому человеку чистую смерть. Галатас жестом приказал людям, окружавшим Инармаза, вывести его вперед. Очень хорошо. Как только я покину это место, вы отправите его на встречу с его предками с подобающим для члена моей семьи достоинством. Беллетор улыбнулся.
- Я так и сделаю. И поскольку наше соглашение заключено, я счел бы большой личной честью, если бы вы и ваш дядя присоединились ко мне и моим коллегам в праздновании этого союза между нашими племенами. Позже, когда собравшиеся дворяне и центурионы выпили достаточно, чтобы вечер превратился в шумный, пиршественный шатер наполнился криками и одобрительными возгласами добродушных, хотя и оживленных игр в метание топора и армрестлинг. Балоди, который едва не победил Дубна в состязании по метанию топора, к большому неудовольствию рослого британца, пересек палатку, чтобы поприветствовать Скавра. Я выражаю тебе свое уважение, трибун. Именно ваша сообразительность, когда вы освободили меня, спасла нас всех от долгого тупика, а моего племянника - от убийства! Галатас сидел и серьезно беседовал с Беллетором, который, судя по напряженному выражению его лица, рассуждал на очень важную тему. — Хотя я подозреваю, что теперь ему грозит новая и ужасная опасность - смерть от скуки! Скавр улыбнулся шутке, но его глаза были жесткими, когда он смотрел на знатного сармата. Похоже, я совершил большую ошибку, Балоди Бораз. Я недооценил вас, и в результате условия вашего поражения изменились в вашу пользу несколько больше, чем я мог себе представить. Балоди поднял свой рог для питья в знак приветствия, его улыбка не дрогнула перед лицом явного неодобрения римлянина. Ты поступил правильно, трибун, ты освободил меня и тем самым положил конец этой войне. Можете ли вы винить меня за то, что я использую все имеющиеся в моем распоряжении инструменты для максимально выгодного урегулирования условий? Скавр покачал головой.
- Нет, я не могу, хотя вы, кажется, нашли нашу ахиллесову пяту гораздо легче, чем я надеялся. Вы ведь обсуждали все это соглашение с моим коллегой Беллетором еще до того, как мы пришли обсуждать мир, не так ли? Балоди ухмыльнулся, радостно кивая.
- Верно подмечено, друг мой! Как мой отец говорил мне достаточно часто, чтобы мне порядком наскучили его увещевания, человек никогда не перестает учиться! Человек наблюдает и слушает, даже в пучине невзгод, даже в плену, и в конце концов он узнает что-то, что сможет использовать себе на пользу. А солдаты будут болтать, поэтому, как только я узнал о вражде между вами и о том, что он, вероятно, будет более внушаемой половиной вашего партнерства, я понял, что мне нужно делать. Римлянин понимающе кивнул. В таком случае я могу только поприветствовать тебя, Балоди Бораз, ты сыграл в эту игру слишком хорошо для меня. У вас есть целое состояние в золоте, у вас есть молодой король, которого вы можете сделать таким, каким пожелаете, и смерть вашего единственного потенциального соперника может быть удобно возложена на нас, сохранив ваши собственные руки чистыми, а людей Инармаза - от восстания. Беллетору даже не удалось убедить тебя освободить римских рабов, которых, как мы знаем, ты привел с собой’ Аристократ пожал плечами.