Терялись мысли...
Кто я такая? Девушка, чья юная жизнь крутилась возле младшей сестры, которая болеет, девушка, которая лишилась родителей, отправившихся во дворец, чтобы сказать Императору, что их дети не будут жить здесь? Почему же, мама и папа, я сейчас здесь — без сестры, одна? Где же найти мне силы, чтобы жить дальше тут, смеясь со всеми остальными над скоротечной линией жизни?
Холодный дождь всё ещё лился на меня, ладони, вытянутые чуть вперёд ловили его, сжимали в кулаке. Не было сил идти назад в покои, не хотелось возвращаться туда где я буду считать несчастные дни, видя во снах как взрослеет Шан, как я теряю настоящую себя ухаживая за двором, но не за собой в этих стенах. Эти стены... такие большие, высокие, давят и сжимают меня как я капли дождя в своём кулаке.
Слышу шаги, но не вижу кто идёт. Ноги подкашиваются от усталости, было холодно стоять под дождём. Оглядываюсь назад, взмахивая намокшими ресницами, смотрю вперёд, видя мутный силуэт мужчины, который остановился в паре метров от меня. Он стоял, не двигался. Не шла и я никуда, просто стояла и слушала шум дождя, чувствовала мокрое прикосновение на своём теле, мёрзла от ветра, но не двигалась.
Стало нечем дышать, хоть я и раскрывала губы, чтобы ловить морозный воздух. От частых вздыманий грудной клетки терялся контроль а моё зрение становилось мутным. В висках загудело, сливались звуки дождя и биения моего сердца, на кончиках пальцах, от морозной воды, кожа начинала съёживаться, я чувствовала, как платье липло к телу, как ветер гулял по мне, замораживая всё сильнее и сильнее.
Почему я слышу смех Шан? Почему мне кажется, что она находиться рядом и я совсем не во дворце?
Где же она? И где... я?
Я схожу с ума придаваясь воспоминаниям?
Это усталость или горе, хворь или всё-таки злоба? Будто всё разом навалившееся за меня: недосказанное, грустное, закрытое под печатями Неба смывало с этой дороги. Глаза закрылись от тяжести век, шаги, слышала, как становились ближе, сапоги гуляли по лужам, как ко мне быстро подбежали когда сил стоять на ногах больше не было. Чьи-то руки ловят меня, когда я стала заваливаться на спину, взгляд распахнутых ресниц смотрит прямо, прямо на меня, а когда я ловлю его, наконец-то узнаю его.
— Вам не хорошо... — Говорит тот самый чиновник, которого я видела возле Императорского двора в свой первый день здесь. Он взволнован, решителен во взгляде, крепко держит меня за талию, прижавшись теплом тела ко мне холодной.
— Не хорошо... — Шепчу я без сил и эмоций позволяя остаткам силы покинуть меня. Мужчина трогает мои щёки, мокрыми руками убирает прилипшие пряди волос с моего лица, я чувствую, как он мёрзнет сам, как дрожит. Земля под ногами уходит, он берёт меня на руки, куда-то несёт, пока мои руки безвольно начинают болтаться, а голова прикоснувшись к груди мужчины ломается на двое от боли в висках.
«Я очнусь ото сна дома, пожалуйста. Пусть всё будет сном».
* * *
Запах благовоний витает вокруг, когда втягиваю носом глубоко воздух, телу тепло от плотного одеяла, голова немного ноет от боли после холодного дождя. Чувствую сквозь сон, как кто-то касается моего лба, а затем слышу шаги, тихие, шорох платья, а затем снова шаги возле меня, то приходящих, то уходящих. Но этот запах: горьковатый, слегка пряный, будто я нюхаю специи на рынке, смешался с маслом для купания, но хвоя врезалась мне в нос сильнее. Снова моего лба касаются, слышу, как кто-то садиться рядом, не уходит. И я снова проваливаюсь в сон.
Раскрывая глаза, медленно приподнимая дрожащие веки, чувствую на лбу что-то тяжеловатое, мягкое и тёплое. Это было полотенце, смоченное в каких-то травах. Убираю его в сторону, поднимаю корпус со стоном в груди. Взгляд упирается в красную шёлковую ткань постели, руки резко поднимаются чуть выше кровати от испуга.
«Где я? Это не моя с Джу комната, даже не покои дамы Чен!»
Балдахин накинутый и закрывающий большую кровать, на которой я лежала раскрываю, когда поднимаюсь на ноги и шагаю с выступа вниз, отходя от постели вперёд. Босиком шагаю по деревянному полу, ощущая холод от непрогретого помещения, осматриваюсь, видя вокруг дорого обставленные покои. Двери были закрыты, я одна. Пройдя в сторону, смотрю на письменный стол где раскинуты листы, кисти, разлиты какие-то чернила по бумагам, ставни окон закрыты, не пропускали свет, горели свечи. Беру в руку подсвечник с одной свечей, где небольшой язычок пламени двигался от моего дыхания. На мне была уже сухая одежда, белое ночное нижнее платье, от чего я трогаю свою грудь, чувствуя себя неуютно. Красный цвет окружал эту комнату, рисунок дракона висел на твёрдой бумаге возле комода, поднимаю руку, с желанием прикоснуться к краске.