Элен откинулась на спинку стула.
— Вы не понимаете, насколько серьезна ваша просьба. Я не имею права вмешиваться в жизнь моей золовки.
— Неужели вы не согласитесь сделать это, даже если я скажу вам, что вашу родственницу здесь, пользуясь ее отсутствием, обманывают и обворовывают?
Элен была поражена словами мадам Хуанвиль.
— На кого вы намекаете? У вас есть доказательства для подобных обвинений?
— У меня нет веских доказательств, и поэтому я пока никого открыто не обвиняю. Но если бы мадам Вальмон была здесь, я уверена, она очень быстро разобралась бы во всем.
— Прошу вас, говорите яснее.
— Мне кажется, я смогу объяснить вам суть своих подозрений, если прибегну к аналогии и расскажу один случай из моей юности, который я никогда не забуду. В молодости я была портнихой и одно время работала в модном заведении. Главную закройщицу, которая в этой мастерской заправляла всеми делами, неожиданно арестовали, обвинив в мошенничестве. Оказывается, она, посещая на дому клиенток для того, чтобы снять с них мерки, возила с собой им на выбор отрезы ткани, а затем, приняв заказ, выполняла его в свое свободное время, кладя денежки в свой карман и лишая дохода владельцев мастерской. Клиентки, которых она выбирала для своих махинаций, были чаще всего очень пожилыми или больными дамами, не имевшими возможности вести дела непосредственно с владельцами заведения. Они и понятия не имели, что их обслуживает недобросовестная служащая.
— Но как же ткань, которая пропадала неизвестно куда?
— В этом-то и состоял фокус хитроумной мошенницы. Прежде чем вернуть рулоны на склад, она отрезала от одного из них столько, сколько требовалось на пошив заказанного наряда. Таким образом, если она брала шесть рулонов, то и возвращала кладовщику ровно столько же. Никто, конечно, не перемеривал ткань. Что же касается самого заказа, то закройщица сообщала хозяйке мастерской, что клиентка раздумала шить то или иное платье и вместо трех нарядов заказала только два. Вот так один из трех полученных ею заказов мошенница оставляла для себя.
— Однако она не могла не понимать, что рано или поздно ее разоблачат?
— Владельцы мастерской ей очень доверяли, сами же они не имели деловой хватки, и поэтому главная закройщица думала, что так будет продолжаться вечно и все ей сойдет с рук.
— Итак, вы сравниваете мою золовку с обманутыми владельцами модной пошивочной мастерской.
— Да, хотя это сравнение не совсем правомерно — мадам Вальмон, в отличие от упомянутых владельцев, имеет прекрасные деловые качества, однако она в ущерб делам Дома Рошей слишком увлеклась шелководческой фермой.
— Следовательно, вы утверждаете, что выгодные заказы, которые должны были попасть на эту ткацкую фабрику, ушли куда-то на сторону. Что заставило вас сделать такие выводы?
— Недавно один из иностранных заказчиков вернул прямо сюда на фабрику бракованный кусок парчи. Брак был незначительным — в нескольких местах имелись мелкие разрывы нитей основы. И все же такой дорогой заказ, несомненно, требовал безупречного качества исполнения. Я сравнила с ним хранившийся у нас образец узора, выполненный из той же крашенной пряжи на наших станках, и сразу же увидела, что эта парча изготовлена не на нашей фабрике, хотя сам узор — неотъемлемая собственность Дома Рошей!
— Вы совершенно уверены в том, что говорите?
— Да, существует ряд признаков, которые безошибочно свидетельствуют о том, что этот кусок парчи не мог быть изготовлен на нашей фабрике.
— Почему же вы не рассказали обо всем этом мадам Вальмон? Вам ведь стоило лишь показать ей кусок возвращенной заказчиком парчи и образец узора, и она все сама бы поняла. Какие еще доказательства требуются вам?
Мадам Хуанвиль тяжело вздохнула и забарабанила по письменному столу пальцами, по-видимому, она до сих пор испытывала досаду на саму себя за допущенную ею оплошность.
— Я не могу этого сделать. У меня есть образец и новый кусок парчи, который мы изготовили для заказчика, но нет того, бракованного… Его забрали из кладовой без моего ведома. Мне следовало бы запереть эту ткань в сейфе.
— А вы знаете, кто взял ее?
— И знаю и не знаю. О возврате парчи на фабрику знали многие. Как правило, бракованный товар очень быстро раскупают по более низким ценам. Как бы то ни было, но если бы я стала проводить дальнейшее расследование, мне непременно сообщили бы, что покупателем был какой-то незнакомец, случайно заехавший в Лион и отбывший в неизвестном направлении человек. Одним словом, ищи ветра в поле.