— Ну, это то же самое, — усмехнулся парторг. — У них все вверх ногами. Ты, Опанасенко, знаешь, конечно, что наши инженеры придумали метод наклонного бурения. Мы им обычно пользуемся в тех случаях, когда нужно достать нефть в тех местах, где нельзя поставить вышку. Улица хорошая в городе, дом замечательный стоит. Зачем его ломать? Издалека подойдет к этому месту наклонная труба. А вот эти антиподы, американские дельцы, используют советское изобретение для того, чтобы выкачивать нефть под участком своего соседа.
— Все могут сделать наши изобретатели, — лукаво заметил Опанасенко, — а до этого никогда не додумаются. Ну и жулики эти бисовы антиподы!
— Так вот, дорогие, вернемся к делу, — снова перешел на серьезный тон Рустамов. — Почему мы решили просить именно вас помочь? Конечно, мы могли бы найти и на других промыслах мастеров, но не таких, сами понимаете. У вас опыт инженеров. Где таких найдешь? Хоть и обещали подобрать, но… — Он улыбнулся в усы. — У нас такая пословица есть: «Кто надеется на соседа, тот уснет без ужина».
— Правильно! — весело крикнул Опанасенко.
Мастера рассмеялись.
— Значит, с нашим инженером мы уже не будем работать? — сумрачно спросил Григорян.
Все взоры обратились к Гасанову. Тот стоял в дверях и молчал, еле скрывая свое волнение.
В это время сзади подошла Мариам и тронула Гасанова за рукав:
— Ибрагим Аббасович, я все промерила. Верхние подкосы…
— Хорошо… Потом посмотрю. Подождите! — нервно отмахнулся Гасанов и полез в карман за папиросами.
— Рустамов знает, — со вздохом проговорил Керимов, обращаясь к Григоряну. Он помолчал. — А меня, старика, возьмешь, Рустамов? Мне там можно работать, да?
— Почему нет? — обрадовался парторг. — Ты больше всех нужен. Ты сорок лет работаешь. Кто знает лучше тебя, как бурить! Спасибо, дорогой! Спасибо, дорогие! Я знал, что вы не откажетесь. Итак, товарищи, послезавтра придется начинать новую работу. Там очень срочно. А пока, — улыбнулся он, — торопитесь домой: отдыхать, переодеваться, чтобы вечером выглядеть настоящими именинниками. Сегодня вы будете встречать гостей в институте.
Рустамов остался наедине с Гасановым. Мариам с чертежами дожидалась его на мостике, смотря, как отплывают от решетчатого причала катера, лодки, глиссеры. Гости возвращались на берег, а ее «техники» так и не приехали. Но не это сейчас волновало девушку.
Мариам не могла понять, как можно было взять у Гасанова его верных помощников, всех лучших мастеров. И отец от него уходит. Ведь еще столько работы впереди! Она хотела предложить Гасанову на его опытной буровой испытать новый электробур. Кое-что ею сделано в этой конструкции. А когда-то сам Гасанов занимался этим, до тех пор пока не придумал совсем новые подводные основания. Может быть, ему и не следовало строить их?
Опустив голову, она смотрела в зеленую воду, как бы стараясь проникнуть в ее глубину. До нее доносился резкий, напряженный голос Гасанова:
— Нет, Али, хоть ты мне и друг, но я этого не понимаю. Ты хочешь взять моих лучших людей и отдать их неизвестно зачем! Ну да, конечно, — заторопился он, видя протестующий жест Рустамова. — Я прямо скажу, что у меня на душе! — горячился Гасанов. — Васильеву неудобно не помогать. Что в Москве о тебе подумают! Все понимаю, Али.
— Хорошо, поговорим начистоту, Ибрагим, — со сдержанным гневом сказал Рустамов. — Только не обижайся… Разговор прямой. — Он встал со своего места и прошелся по комнате. — Мне очень больно все это слушать именно от тебя. Ты понимаешь, очень хорошо понимаешь, как важны опыты Васильева. Можно ли думать только о своем! Ты коммунист, Ибрагим. — Рустамов остановился около инженера и испытующе посмотрел ему в глаза. — В Васильеве ты видишь конкурента. Еще бы! Мастеров взяли для его работ. Но пойми, что не в людях дело — найдем мастеров. Зачем строить стометровое основание, если после опытов Васильева оно окажется ненужным? Я знаю, тяжело тебе… Нет, нет, не говори мне ничего! — остановил он Ибрагима, видя, что тот пытается возразить. — Я все понимаю, но верю в коммуниста Гасанова. Ему тоже предстоит выполнить новое задание.
На лице инженера застыло удивление.
— Да, Ибрагим, это задание не менее трудное, чем то, которое взялись выполнить твои товарищи.
— Ты знаешь, я никогда не подводил тебя, Али, — сдержанно заметил инженер.
— Я это знаю, поэтому и прошу тебя, — слегка волнуясь, тихо сказал Рустамов. — Мы долго обсуждали этот вопрос с директором, потом решили… Правда, он просил меня ради праздника сегодня об этом не говорить, но уж если зашла речь…