Бегут воспоминания. Вот он строит модель подводного танка с резиновым мотором. Первые испытания… Колесный танк из тонкой жести проходит по дну глубокого ручья, и его первый пассажир — котенок — испуганно выпрыгивает из жестяной коробки.
Снова меняются картины воспоминаний. Вот уже электрическая модель. А затем чертежи, чертежи… Многолетняя учеба, тысячи вариантов, сотни моделей… Баку, нефть… Морские буровые, изучение бурения и снова варианты, конструкции, модели… Чертежи, расчеты… Снова чертежи… Завод на Урале, где строили его подводный дом сотни человек. Год работы в цехе на сборке. Испытания на земле. Транспортировка его по Волге, и вот наконец…
Он помнит этот день, когда дом впервые двинулся от берега, погружаясь в воду все глубже и глубже. В этот момент он чувствовал себя счастливейшим человеком на земле. А сейчас? Нет, неужели нельзя поднять его?
— Но как подвести понтоны? — как будто бы спрашивая самого себя, тихо прошептал Васильев.
— Вы о чем, Александр Петрович? — встрепенулся Синицкий.
— Тысячи тонн… нагрузки… Как поднять? — продолжал Васильев.
Стараясь отвлечь своего друга от печальных мыслей, связанных с гибелью подводного дома, Синицкий подвинулся к нему и мечтательно проговорил:
— Вы знаете, Александр Петрович, иногда мне кажется, что все-таки остались на земле романтические приключения. Конечно, очень трудно поверить, что в век атомной энергии, радиолокации, ракетных двигателей два человека вдруг оказались на необитаемом острове. — Синицкий помолчал и добавил: — Слово-то какое — «необитаемый»! Я о нем только в детстве слышал.
— Насколько я понимаю, ваше детство окончилось года два назад, — хмуро заметил Васильев и подумал: «Пожалуй, многим следует поучиться у этого мальчика, как себя вести в подобном положении».
Медленно тянулось время.
Васильев на минуту забылся. Но что это?
Он слышал гул самолета. Может быть, он бредит? Вот уже близко, совсем над головой… Их ищут? Откуда самолет ночью? Здесь не может проходить пассажирская трасса. Ревет мотор. Вот, кажется, он рядом…
Все пропало. Тишина, плеск волн…
Васильев взглянул на темное небо. Туман, ничего не видно. Над островом туман еще гуще. Как будто белесые призраки в длинных одеждах встали сплошной стеной. Они взялись за руки и медленно направляются к шару. Вот они уже совсем близко… Они заходят со всех сторон. Они пытаются окружить его…
Но что это? Неужели ему только кажется? Нет, нет, он не бредит.
На противоположном конце острова показались огни. Они светились голубоватым пламенем, словно карманные фонарики. Иногда они гасли и затем вспыхивали в новом месте. Васильеву казалось, что огни приближались к нему. Он не мог сдвинуться с места, какая-то непонятная сила удерживала его около шара. Огоньки мерцали и передвигались.
Холодная струйка пота скользнула по спине.
Инженер поднялся и, стараясь удержаться на ногах, побежал к скалам. Катились и звенели скользкие гальки. Голубой огонек мерцал у темной скалы, как будто кто-то притаился около нее. Кто-то ждал здесь инженера Васильева, запрятав в рукав потайной фонарик.
Он подбежал совсем близко… и увидел, что свет идет из расселины между двумя плоскими камнями. Почему-то ему показалось, что они похожи на могильные плиты.
Васильев остановился, затем осторожно, затаив дыхание, стал приближаться к ним. Ему хотелось обойти скалу с противоположной стороны, чтобы оттуда увидеть, кто мог находиться в расселине. Он уже поднялся вверх на груду камней.
Неосторожное движение — груда мелких камешков скользнула вниз. Огонек мгновенно исчез.
Инженер прыгнул туда, где был огонек, и ощупью, широко расставив руки, пытался кого-то найти в узком пространстве между скалами, где лежали плоские плиты. Там никого не было…
Вдруг острая, обжигающая боль уколола палец. Он отдернул руку и сразу увидел тонкий, призрачный язычок голубого пламени. Оно пробивалось сквозь трещину в камне. Неподалеку мерцал такой же огонек, слабо заметный в туманной мгле.
Так вот они, таинственные огни! Глухая досада овладела инженером. Как это он не догадался! Ничего странного и таинственного в этом нет. Обыкновенное явление выхода нефтяных газов. «Значит, на этом острове тоже есть нефть, — подумал он. — Что ж, и здесь поставим вышку. Но кто об этом узнает, если нам не удастся выбраться с этого проклятого острова? Чортов туман…»