ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ШЕСТАЯ Погоня
Десять дней спустя эскадра из пятнадцати кораблей под командованием Араса, Главного Адмирала Колхиды, достигла Длинного Берега, подгоняемая северо-восточным ветром. Именно здесь плясали фессалийцы свои боевые танцы, а Аталанта с Мелеагром ходили охотиться на газелей. Когда Арас подошел к берегу, он обнаружил эскадру из трех кораблей, которой командовал Апсирт, и находящиеся под его же командой три уцелевших корабля из второй эскадры, посланной Ээтом.
Едва ступив на берег, Арас простерся ниц перед Апсиртом и приветствовал его как царя Колхиды, сообщив со слезами, что старый Ээт умер в невыносимых муках от раны, нанесенной ему Аталантой. Он сообщил также, что Перс, брат царицы, объявил себя в отсутствие Апсирта регентом Колхиды, что со Стиром у него мир и что, когда Стир спросил его с нетерпением: «Когда я женюсь не царевне Медее?» — Перс с одобрения Государственного совета пообещал ему, что если Медею не смогут доставить обратно прежде, чем кончится лето, ему позволено будет вместо Медеи посвататься к Нэере.
Апсирт немало скорбел по своему отцу, но еще больше — по самому себе. Он лелеял в душе мысль о браке с Нэерой; ибо брак между дядей и племянницей разрешается у колхов, если только отсутствует кровное родство по женской линии. И он знал теперь, что если не сможет доставить Медею домой до конца лета, ему предстоит война со Стиром. У него не было намерения уступать албанцу Нэеру, каких бы обещаний ни давал Перс, ибо к Нэере по смерти Ээта переходили во владение пограничные земли, которые принадлежали некогда ее колхской бабушке, и мысль о том, что их займут албанцы, Апсирту претила.
Он нетерпеливо спросил Араса:
— Что нового о греческом корабле?
Арас ответил:
— Ничего, Твое Величество.
Оба они рассудили, что маловероятно, чтобы «Арго» плыл впереди них вдоль побережья, ибо с каждой эскадры весь день велось тщательное наблюдение, и луна, не закрытая облаками, сияла каждую ночь, а местные жители, которых они расспрашивали, вообще не заметили в море ни суденышка с тех пор, как «Арго» прошел мимо них, спеша в Колхиду. Апсирт пришел к выводу, что поскольку Ясон, очевидно, пошел на риск обойти Черное море вдоль противоположного берега, колхидский флот должен направиться к Босфору как можно скорее и там перекрыть выход «Арго»; ибо южный путь от Колхиды к Босфору куда короче северного, несмотря на неблагоприятные течения и ветра.
Когда они принимали это решение, сам «Арго» бежал но ветру им навстречу, направляясь к устью реки Галис. Линкей сказал Ясону, — они все еще были довольно далеко оттуда:
— Наши враги, колхи, шестнадцать полных народу кораблей, отдыхают на Длинном Берегу. Я вижу их белые вымпелы, развивающиеся над излучиной моря, хотя корпуса кораблей от меня еще скрыты.
Ясон был в затруднении. Припасов на «Арго» было достаточно, но от воды в кувшинах шел дурной запах, и уже несколько аргонавтов, среди них — Орфей и Эхион — заболели дизентерией, прочие пребывали в сварливом и мрачном настроении. Ибо солнце палило нестерпимо даже для этого времени года. Они надеялись наполнить кувшины приятной водой Галиса, а также снова попробовать вареного мяса, если повезет на охоте, и растянуться на травке в тени деревьев. Ясон не мог решить, следует ли ему переменить курс и вернуться в пустынные унылые места посреди моря, или он должен дождаться темноты, и тогда вступить в устье Галиса, а затем отплыть, как только кувшины будут полны хорошей оды. Он решил поставить вопрос на голосование, но аргонавты не стали голосовать, не обсудив этот вопрос, а пока они спорили, не приходя к согласию и набрасываясь друг на друга, «Арго» подходил все ближе к берегу.