Урон уже был нанесён.
*21*
— Обвинение вызывает Келкада, — объявила Линда Зиглер.
Капитана пришельцев привели к присяге.
Зиглер встала на место ведущего опрос. В этот раз она подбирала слова очень тщательно.
— Келкад, каковы были ваши служебные отношения с обвиняемым?
— Я капитан звездолёта, на котором он служит.
— То есть вы его начальник?
— Да.
— И вы также его друг?
— Мы не близки эмоционально.
— Келкад, как долго вы знаете Хаска?
— Двести девятнадцать ваших лет.
— Но большую часть этого времени вы провели в гибернации, не так ли?
— Это так.
— Сколько времени вы провели в гибернации?
— Двести одиннадцать земных лет.
— То есть, если исключить это время, то получится, что вы знаете Хаска в течение восьми лет?
— Да.
— Вам приходилось его наказывать?
— Конечно. Я его начальник.
— Другими словами, в прошлом Хаску приходилось нарушать правила?
— Время от времени.
— Не могли бы вы привести пример?
— Конечно. Правила требуют производить продувку корабельной установки утилизации отходов после каждого использования; Хаск иногда забывал следовать этому протоколу.
Двое присяжных усмехнулись.
— Прошу прощения? — сказала Зиглер.
— Это можно сравнить с несмытым унитазом, — пояснил Келкад
На этот раз рассмеялись все присяжные и сама судья Прингл. Зиглер немного покраснела.
— Вы можете привести пример более серьёзного проступка?
— Я не знаю, что именно вы посчитали бы более серьёзным, — сказал Келкад.
— Правда ли, что ваша команда поначалу состояла из восьмерых тосоков?
— Возражение, — сказал Дэйл. — Не относится к делу.
— Отклоняется.
— Да, — ответил Келкад.
— Правда ли, что один из членов команды погиб по пути к Земле?
— Возражение, — сказал Дэйл. — Не относится к делу.
— Отклоняется.
— Да, — ответил Келкад.
— Как звали погибшего члена команды?
— Её звали Селтар.
— Вы наказали Хаска за смерть Селтар?
— Я был недоволен, но её смерть выглядела неизбежной. Однако я наказал его за то, что он вышел на контакт с людьми, не разбудив меня; я посчитал, что Хаск самонадеянно превысил свои полномочия.
— Известно ли лично вам, что убило Селтар?
— Хаск сказал мне, что…
— Показания с чужих слов не принимаются во внимание, — прервала его Зиглер. — Известно ли лично вам, что убило Селтар?
— Да.
— Как вам это стало известно?
— Хаск проинформировал меня, что…
— Я повторяю: не с чужих слов.
— Я верю Хаску, — сказал Келкад.
— Не является ответом на вопрос, — сказала Зиглер. — Просим вычеркнуть.
— Присяжные не должны принимать во внимание последнюю реплику свидетеля, — сказала Прингл.
— Вы лично осматривали тело Селтар?
— Нет.
— Почему?
— Когда произошёл несчастный случай, я был в гибернации.
— А Селтар — нет?
— Нет.
— Кто ещё не был в гибернации?
— Хаск также бодрствовал.
— Только Хаск и Селтар бодрствовали в этот момент на борту вашего корабля?
— Да.
— И Хаск был единственным возможным свидетелем смерти Селтар?
— Да. Однако, мне неизвестно, был ли он свидетелем её смерти. Она погибла, осуществляя ремонт нашего корабля.
— Я не спрашивала вас об этом. Что стало с телом Селтар?
— Оно было выброшено в пространство.
— Целиком?
Щупальца на голове Келкада сложились в выражение озадаченности.
— Прошу прощения?
— В пространство было выброшено всё тело, все его части?
— Нет.
— Какие‑то части не были выброшены?
— Перед этим с тела были собраны важные компоненты.
— «Собраны». Что вы имеет в виду?
Келкад ответил не сразу. Он взглянул на других тосоков, будто испытывая неловкость.
— Её органы были изъяты и законсервированы на случай, если в будущем кому‑то понадобится пересадка. Конечно, когда повреждён лишь один орган из четырёх, то он регенерируется сам, но если одновременно пострадало два или три, то может потребоваться пересадка.
— Кто осуществлял изъятие органов?
— Хаск, разумеется.
— Подведём итог, — сказала Зиглер, поворачиваясь к присяжным. — Перед прибытием к Земле Хаск был пробуждён раньше остальных, и одной из его главных обязанностей в это время было выреза́ть органы из тела мёртвого тосока.