Она заглянула в свою сумочку и вытащила пачку длинных коричневых сигарет. В отличие от большинства курильщиков, она не придерживалась какой-то определенной марки, предпочитая носить с собой как минимум четыре пачки разных сортов. Изельда выбирала яд, исходя из множества причин. Боли в легких, першение в гортани, нехватка никотина, необходимого для работы, — вот только некоторые из возможных причин. Ментоловые из-за мятной свежести; тонкие сигары — когда она хотела повышения гонорара; длинные, тонкие сигаретки с ярко-горящим кончиком — когда надо было расставлять акценты во время разговора. Она использовала их виртуозно, как маэстро свою палочку. Она щелкнула зажигалкой и сделала затяжку.
— Я специально заказывала для коктейлей лед с ледника, — прокричала Изельда поставщику, — а не эти закругленные кубики.
— Вы заказывали и то, и другое, — ответил ей поставщик, — лед с ледника тоже привезли.
— Вы собираетесь принести его сюда?
— Изельда, мы оставили его на складе, — терпеливо продолжал мужчина. — Мы не хотели, чтобы он растаял.
Изельда устремилась по направлению к навесу, под которым рабочий устанавливал снаряжение, создающее клубы пара из сухого льда.
— Нам нужно еще больше пара, — закричала она, затем быстро пересекла лужайку, прошла мимо выстроившихся в ряд машин и начала ругаться с рабочим.
Через несколько минут после переустановки рабочий снова запустил машину. Облака холодного газа повалили из машины и начали стелиться по полу.
— Хорошо, хорошо, — сказала Изельда. — А теперь убедитесь, что у нас достаточно сухого льда.
Неподалеку техник устанавливал освещение, и она поспешила к нему.
На борту «Орегона» техник продолжал прослушивать разговоры во дворце и делать записи в желтый блокнот. Затем он взял в руки микрофон корабельной связи.
— Председатель Кабрильо, — сказал он, — я думаю, вам стоит спуститься сюда.
Лимузин подъехал к воротам, ведущим на летное поле аэропорта Сан-Хосе в Калифорнии. Ему перекрыл дорогу охранник с оружием в руках. Водитель опустил стекло.
— Новые распоряжения по усилению безопасности, — сказал охранник. — На территорию терминала больше нельзя проезжать на личном автотранспорте.
Компьютерный миллиардер тоже опустил окно со своей стороны. Это было неприятной новостью. Просто невыносимой.
— Постойте-ка, — закричал он через окно. — Мы много лет подъезжали прямо к трапу моего самолета.
— Больше не будете, — бесстрастно заметил сторож.
— Вы хотя бы себе представляете, кто я такой? — заносчиво произнес миллиардер.
— Не имею ни малейшего представления, — заявил охранник, — но зато я знаю, кто я такой: я тот человек, который приказывает вам немедленно проваливать прочь от этих ворот.
Ничего больше не отвечая, водитель лимузина дал задний ход, развернулся и поехал к терминалу, затем припарковался перед ним и подождал, пока его хозяин выберется наружу. Стычка с охранником здорово подпортила миллиардеру настроение, и водитель слышал его недовольное ворчание, пока тащил чемоданы, стараясь, на всякий случай, держать безопасную дистанцию.
— Господи, — ворчал миллиардер, — я рассчитывал на хоть какой-нибудь сервис за те деньги, что я плачу за ангар.
Достигнув двери, ведущей к наружу к взлетным полосам, они увидели целую выставку дорогих частных самолетов, ожидавших своих владельцев. Там стояла пора «гольфстримов», один или два «ситасьона», полдюжины «кинг-аэров» и одно бургундское чудище, которое, казалось, принадлежало региональным авиалиниям.
Компьютерный миллиардер любил везде появляться с помпой.
Если богач может позволить себе личный самолет, значит, у него должен быть самый большой. Самолет являлся для него своеобразным сиволом успеха и богатства, как бриллиантовый ошейник для собаки. Его выбором стал «Боинг-737». Салон был оснащен боулинговой дорожкой, а ванна с горячей водой и спальня были больше, чем в некоторых домах. Также там находился большой широкоэкранный телевизор, различное оборудование, а старший пилот проходил подготовку в элитном подразделении «Кордон блю». Пара нанятых танцовщиц уже поднялись на борт. Одна была типичная калифорнийская блондинка, а рыженькая напоминала Анн-Маргарет в молодости.
Миллиардеру было необходимо хоть как-то скоротать время в полете.
Он вышел наружу к взлетным полосам, не дожидаясь водителя с его багажом, и пошел к своему самолету. Затем он поднялся по трапу и зашел внутрь.
— Девочки, — закричал он, — вперед!