Очень медленно трое мужчин начали движение по тоннелю. Снаружи нарастал шум дождя. А меньше чем через час на небе уже сняла полная луна.
Линда Росс медленным шагом зашла в комнату управления. Макс Хэнли стоял около бокового столика и наливал себе чашечку кофе из кофейника. Его лицо было изможденным и усталым, и Линде стало понятно, что у него стресс.
— Райнхольту лучше, — тихо сказала она. — Все оказалось не так страшно, как казалось на первый взгляд. Если мы не подцепили никакой местной инфекции в заливе, то все должно скоро зажить.
— Ему потребуется длительный курс реабилитации или что-нибудь еще в этом роде? — спросил Хэнли, налив наконец себе порцию кофе. Росс подошла к нему поближе и тоже принялась наливать себе кофе.
— У него пулей срезало верхушку уха, — ответила Линда. — Ему потребуется пластическая операция, чтобы привести все в норму.
— А как его самочувствие?
— Он только что пришел в себя после наркоза и спросил, где находится, — улыбнулась Росс. — Мне показалось, что он повеселел, когда я ему ответила, что он уже на борту «Орегона».
— Бортовым инженерам всегда комфортнее находиться на борту корабля, — не очень ловко пошутил Хэнли.
— Как проходит оставшаяся часть операции? — спросила Росс.
— Настоящий Золотой Будда аккуратнейшим образом путешествует по подземным лабиринтам и коммуникациям, — ответил Хэнли, указывая на экран монитора. — Команда двигается по направлению к побережью.
— Я думала, что статуя путешествует на вертолете, — протянула Росс.
— На вертолет мы погрузили фальшивку, — пояснил Хэнли.
— Но… — начала было Росс.
— Это было необходимо, — ответил Хэнли. — Помнишь, как Хуан появился на гидросамолете?
— Конечно, — ответила Линда. — Когда мы еще не знали точно, куда конкретно держать курс.
— Он тогда только-только вернулся с аукциона, где была продана наша статуя. Корпорация как раз тогда и вступила в игру — мы нанялись везти груз в Макао. Хендерсон был пилотом. Потом двое наших людей встретили самолет и бронированную машину — мы думали схватить их там. Однако у нашего дилера были другие планы. Он решил втюхать своему нанимателю фальшивку, так что мы просто дали возможность поработать его плану, узнав таким образом, куда он спрятал настоящее сокровище.
— Значит, все усилия на празднике были простым прикрытием?
— Это было придумано специально, чтобы сбить с толку власти и запутать полицейских, — пояснил Хэнли. — Однако, если все пройдет по плану, Кабрильо завершит сделку нашего дорогого дилера, и Корпорация получит свой процент.
— Значит, Райнхольта подстрелили за просто так, — резюмировала Росс.
— Есть как минимум миллион причин, из-за которых Райнхольт получил свою пулю, — объяснил ей Хэнли. — Миллион и еще одна, если ты учтешь тот факт, что мы опозорили полицию Макао и сделали дилера главным подозреваемым.
— Значит, дилер будет козлом отпущения, — сказала Росс.
— Он самая лучшая кандидатура на эту роль, — согласился Хэнли.
— С этим можно поспорить, — ответила Росс.
— Не стоит пока, — тихо сказал Хэнли. — Мы еще не получили наши деньги. И еще не выбрались отсюда.
В Пекине глава китайской армии и президент Ху Хинтао смотрели фотографии союзников.
— Если взять вчерашний день, — сказал министр иностранных дел, — Новосибирск, что в Сибири, был самым оживленным аэропортом в мире. Русские наращивали свою военную мощь с невероятной скоростью. Грузовые самолеты приземлялись каждые несколько минут.
Ху Хинтао внимательно изучал фотографию с помощью сильной лупы.
— Танки, личный состав, военные вертолеты, все уже на позициях.
Глава китайской армии протянул Хинтао еще одну фотографию.
— Количество уже доставленных на место войск составляет около сорока тысяч бойцов, и с каждой минутой прибывают все новые и новые.
— Я уже связался с Легхогом Зхуреном в Тибете, — сказал Хинтао. — Он мобилизовал свои силы, и они направляются к северным границам.
— И сколько он может выставить людей? — спросил министр.
— У него двадцать тысяч человек личного состава, и еще его поддерживают войска Тибета, — ответил глава китайской армии.
— Это получается два к одному, — заметил министр.
Хинтао отбросил фотографию в сторону.
— Чтобы поддержать контроль в Тибете, за прошедшие годы мы разрешили массовую миграцию туда из других регионов страны. Зхурен мобилизовал жителей Китая и Тибета и призвал их в действующую армию. Это дает нам примерно на двадцать тысяч человек больше, чем в армии сейчас. Некоторые уже покинули Лхасу и двигаются на север — мы постараемся обучить их в процессе передвижения.